— Пожалуйста, покороче!
Ласавин проводил Нину взглядом.
— С характером, извиняюсь, супруга... Дело у меня такое, что получил я бригадирскую получку и очень мне хочется пригласить вас в ресторан «Север».
— Покурим, — сказал Белозеров, садясь на бревно и протягивая Ласавину «Шипку». — Прошу.
Ласавин широким жестом выхватил из кармана красную коробку, открыл перед Белозеровым:
— Курим «Столичные»! Пожалуйста!
— Спасибо. — Белозеров спрятал «Шипку», вытащил сигарету из коробки. — Значит так: в ресторан мы с вами не пойдем...
— Правильно! — перебивая его на полуслове, воскликнул Ласавин. — Я всегда поражаюсь вашей мудрости, начальник! На кой черт терять несколько часов, если можно управиться за несколько минут! Чуток есть, — он хлопнул себя по карману, — мало будет, еще сбегаю. Сейчас раздобудем стаканчик и...
— Вы нахал, Ласавин, — спокойно сказал Белозеров. — Подите прочь.
Ласавин не шевелился, лицо его бледнело, в нем появилось что-то жалкое.
— Если у вас появится намерение услышать комментарий к моему заявлению, я к вашим услугам на ТЭЦ-два, милости прошу.
Белозеров поднялся, поставил на конец бревна чурку, поднял топор.
— Извините, начальник, я не думал... — виновато сказал Ласавин. — Я от всей души...
— Врете! — жестоко оказал Белозеров и с размаху вогнал топор в торец лежавшего в штабеле бревна. — Вы понятия не имели, что я живу в этом доме. Зашли, чтобы раздобыть у жильцов стакан и выпить — вот это правда.
— Начальник!... — перебил Ласавин, в его голосе были угрожающие нотки.
— Ах, вы недовольны? Вы оскорбились? — Белозеров с убийственной иронией растягивал слова. — Позвольте мне все-таки не извиняться. Для людей, которые пьют под углом, у меня нет других характеристик. Вы меня обманули, Ласавин. Помните разговор при назначении бригадиром? «Жалеть не придется, начальник», — ваши слова?..
— Бригада работает хорошо, — вклинил Ласавин.
— Вы обманули отличную девушку, — не слушая его, продолжал Белозеров, — Капу Ядрихинскую, которая в угоду вашей прихоти даже школу бросила...
— Чего это я обманул? У меня других девчонок нет.
— Даю слово: если увижу хотя бы навеселе, бригадиром вы не будете. Разжалую при всем честном народе, включая Капу. А теперь — до свидания! — Белозеров взялся за топорище, с силой нажал, выворачивая его из торца.
Но Ласавин продолжал стоять на месте.
— Получил, вы знаете, сколько? Что мне, солить эти деньги?
— Пригласите Капу в ресторан, по-человечески отдохните, — посоветовал Белозеров, чуть смягчаясь. — А вообще, советую жениться. Гарантирую: хватать денег не будет. Счастливо, синьор!
Ласавин медленно пошел к калитке.
В конце дня Белозеров с Ниной пошли в кино. Они опоздали, сеанс уже начался. Контролер, поворчав, все же пропустила их в зал.
Белозеров любил кино. Обычно, следя за экраном, он забывал обо всем, но сейчас что-то мешало ему сосредоточиться. Он понял — что, когда сеанс кончился: он увидел Дину. Она шла к выходу по соседнему проходу. Белозеров сразу выхватил глазами в людском потоке ее прическу. Наверное, Дина почувствовала его взгляд, потому что повернула голову сначала в одну, затем в другую сторону. Он встретился с нею глазами, и с этого момента потерял реальность зрительный зал, исчезли люди, двумя медленными потоками двигавшиеся к дверям, остались лишь он и Дина. Их разделяло не менее полутора десятков метров, но Белозеров видел выражение ее золотистых глаз, в них были радость и испуг.
Потом она исчезла в дверях, и Белозеров вернулся в привычный мир.
— Где ты витаешь? — Нина теребила его за рукав. — Третий раз спрашиваю: кино понравилось?
— Хорошее кино, — пробормотал Белозеров жене, а себе пообещал: «Завтра позвоню Дине».
Придя домой, он лег на диван, взял в руки газету. Скользнул глазами по заголовкам, не понимая смысла. В прихожей звякнул телефон, послышался голос Светы:
— Але-е.
Видимо, телефон молчал, потому что Белозеров услышал стук положенной трубки. Но через минуту звонок раздался снова, и Света опять сказала:
— Але-е? — Повторила громче: — Але-е! Але-е!
— Из автомата звонят, наверное, — сказал Белозеров в прихожую.
Света залезла на диван, села на отца верхом.
— Папа, она позвонит теперь с другого автомата?
— Кто?
— Тетенька, которая два раза звонила.
— Не знаю, доченька. Почему ты думаешь, что это была тетя? Это мог быть и дядя.
— Я не хочу, чтобы это был дядя.
— Почему?
— Тебе всегда звонят дяди, и ты после этого уезжаешь. А я не хочу.