***
Из Лесного заявлений о медведе больше не поступало, несколько смельчаков, кинувшись, было вдогонку, быстро потеряли его след на скалах и с тех пор бурый зверь затаился в лесу.
Проводник поклялся, что на общину медведь не выходил — они с сыновьями регулярно осматривают прилегающую территорию. Медвежьи отметины в лесу узнает даже не специалист. Хозяева леса не считаю нужным скрывать свое присутствие, только если в данный момент они не затаились в засаде, поджидая беззаботную жертву. Стас бы охотно поверил словам Проводника, не наблюдай он собственными глазами по настоящему испуганного Диму у болот.
Распрощавшись с сектантами, Стас сделал вид, что торопиться в деревню. Проводник в этот раз не сильно настаивал на сопровождении, видно он и предположить не мог, что кто-то посмеет в такое время задержаться в лесу.
Пройдя пару сотен метров, и убедившись, что за ним нет соглядатаев, Стас дернул молнию на куртке и сунул правую руку куда-то под мышку. Через секунду матово-серый пистолет из кобуры перекочевал в карман. Не вынимая руку с пистолетом из кармана, Стас, прислушиваясь к посторонним звукам, отмотал в сторону деревни почти километр и только потом он начал закладывать крутой вираж, возвращаясь обратно к общине.
Медведь, если не полный дурак, конечно же, наверняка уже кружит рядом с поселком. Там нет собак, нет высоких металлических заборов, не пугают выхлопы работающей техники, слабый звук генератора не в счет. И главное — полно безобидных людишек. Стас совсем не хотел, чтобы в последний момент, Ольгой закусил голодный хозяин тайги. Полковник тогда отправит меня голыми руками доставать из желудка зверя, то, что останется от девушки, хмыкнул он про себя. К вечеру, так и не встретив ни следа грозного хищника, Стас повернул к деревне. Уставший и вымотанный он ввалился в дом, разбудив задремавшую в кресле племянницу.
Распахнув сонные глаза, она уставилась на него в легком испуге, спросонок не сразу разобравшись, кто вошел. На скуле у нее осталась полоска от грубого шва спинки кресла. Шишка из волос на голове растрепалась и некоторые волоски, намагнитившись, торчали вверх, придавая ей забавный вид.
Усмехнувшись ее страхам, Стас скрылся в своей комнате. Мигом заметил, чуть смятое покрывало, будто на постели кто-то сидел. Любопытная Варвара... Он проверил сумку. Нет. В сумку она не лазила. Жаль... Доля презрения по отношению к ней обязательно пригасила бы его интерес. Довольно тяжело целыми днями таскаться по лесу, избегая собственного жилья.
Алиса возникла за его спиной неожиданно. Он едва успел запахнуть куртку, пряча кобуру.
— Я тебе баньку истопила — хватить мыться в холодной.
Стас скрипнул зубами.
— Спасибо, — выдавил он.
— Пойдем? Или сначала поешь?
— Куда пойдем? — подозрительно сузив глаза, тихо поинтересовался Стас.
— В баню, куда же еще?
— Ты идиотка?
Она что, воспитывалась в семье нудистов? Стас раздраженно разглядывал девушку, застывшую от грубого вопроса. Он наблюдал, как ее, все еще сонное выражение лица, по мере принятия оскорбления, сначала меняется на удивленное, потом широко раскрытые глаза сужаются, брови съезжаются к переносице, губы сжимаются, и вот уже маленькие ноздри на тонком носике грозно раздуваются от накатившего гнева. Ему вдруг стало смешно. Девочка любит командовать и очень злиться, когда ее не принимают всерьез. Он не сдержался, криво усмехнулся. Вовремя сам себя осадил, чтобы не раздувать ссору, постарался добавить в свой вопрос покаяние:
— Можно я один схожу, ладно?
Алиса вдруг сверкнула на него исподлобья голубыми глазами и неожиданно прыснула в ладошку, на секунду замерла и засмеялась уже в голос, чистым звонким смехом. Ничего не понимающий Стас, удивленно приподнял брови. Он давно не слышал такой смех — беззаботный, добрый, счастливый.
— Ты не правильно меня понял, — отсмеявшись, проговорила Алиса. — В бане доска на полу подгнила, гвозди оголились. Я чуть ногу не пропорола... Хотела тебе показать, чтобы ты не влез туда голой пяткой. Лампочка тусклая, не видно почти ничего... Пойдем, я покажу, где эта ловушка.
Перестав улыбаться, Стас задумчиво уставился ей в спину. Она опять перевернула с ног на голову его представление о себе. Смешно. Она о нем заботиться... Нет, не смешно. Он вдруг увидел себя в зеркале. Угрюмый мужик, с заросшим темной щетиной лицом. Волчий взгляд из-под нависших бровей, кривая ухмылка. Просто удивительно, что она не боится спать с ним в одном доме. Побриться, что ли? Он потер ладонью подбородок. Плевать... У меня отпуск...