— Нет, — снова повторил Стас. Спокойно. Весомо. Как будто сваю в землю вогнал. Алиса на мгновенье опешила от такой наглости. Быстро взяла себя в руки.
— Тогда я позову участкового!
Мужчина пожал плечами.
— Как хочешь.
Стоять на мокрой траве стало не приятно, Алиса подошла к дому, присела рядом с новоявленным дядей на крыльцо, вытянула ноги, подставив босые ступни под солнечные лучи. Не сразу, но она почувствовала, как невидимые волны-частицы света заканчивали свой путь на ее коже, согревая ноги.
— Послушай... Этот дом принадлежит моему отцу... Ты не имеешь никакого законного права находиться здесь, будь ты хоть трижды моим дядей.
— Ты сказала, что баба Тася умерла всего три месяца назад?
— Ну да... Какое это имеет значение?
— Значит, еще три месяца я могу находиться здесь ровно на тех же правах, что и ты.
— Не говори ерунды, — высокомерно бросила Алиса, уверенная в своих силах и в своей правоте. — Я не стану делить с тобой дом — я тебя совсем не знаю... Ищи себе другой ночлег...
— Нет, — Стас тяжело вздохнул. Поднялся на ноги, направляясь в дом.
— Я иду за участковым! — в спину ему крикнула рассерженная Алиса.
— Валяй, — донесся до ее ушей небрежный ответ.
Спускаться с холма было легко, а вот подниматься... Узкая улица на вершине холма расползлась в стороны, выстроив по краям добротные избы. Лес отступил далеко за пределы деревни, и столетние срубы лоснились почерневшими боками на солнце. Алисе долго идти не пришлось. У третьего дома она наткнулась на женщину, косившую траву. Древней деревянной косой, она по-мужски широко делала замах и мощно срезала почти под корень траву перед распахнутыми воротами.
— Вы не подскажите, где участкового можно найти?
Женщина обернулась, лихо развернула косу полотном вверх, уткнула косовище в землю.
— На кой тебе?
— По личному, — быстро проговорила Алиса, заранее подготовив ответ на случай любопытствующих матрон.
— По личному... — разочарованно протянула женщина. — Ну, раз по личному, так вон он сидит — пузо греет. Она махнула свободной рукой на дом напротив. Алиса обернулась.
На лавке у забора, спрятав голову от солнцепека под соломенной шляпой, сидел худой мужчина в одних брюках. Блаженно зажмурившись, он подставил тощее тело солнечным лучам. О каком пузе шла речь, Алиса так и не поняла. Живот этого мужчины, даже при великой натяжке пузом назвать было нельзя. Даже сидя, его живот не выпирал, а скорее наоборот, образовывал впадину между грудью и брюками.
— Вы участковый?
Мужчина, приоткрыв один глаз, смерил девушку взглядом, хмыкнул, похлопал по скамейке, предлагая присоединиться.
— Не иначе, с родственником не сошлась?
— Откуда знаете? — вопросом на вопрос ответила немного удивленная Алиса.
— Чего ж, тут сложного — ты Алиса, внучка Таисии. Видел я тебя, когда ты пару лет назад бабку навещала. Хорошеешь, нечего сказать. Мужик, что в доме поселился — родственник ваш. Вчера приехал. Все честь по чести: документы предъявил — фамилия совпадает.
— Ну и что? Теперь все Дубровины мира могут здесь поселиться?
— Ты на меня не бухти. Мое дело маленькое. Свою работу я выполнил... Если тебя что конкретное не устраивает — так и говори!
— Велите ему убраться из моего дома!
— На каком основании, позволь спросить? Мордой не вышел?
— Он чужой! — Алиса начала закипать.
— Не моя забота, — мотнул головой участковый. — Вот если бы, что конкретное ты заявила... Ну, там, шибанул он тебя или еще чего...
— Он незаконно проник в чужое жилище! Этого недостаточно?
— Кто ж знает, чье это жилище сейчас? Таисия померла... Шесть месяцев, стало быть, не прошло. Сын ее, отец твой, пропал из виду. Откуда ж, я знаю, чей это дом сейчас? Вот ты бумажку мне можешь показать от закона, что дом твой? — лукаво скосив глаза, спросил Бобров.
— Нет.
— На нет и суда нет, — развел руками в стороны участковый. — Как побьет — так приходи.
— Он мне угрожал! — Алиса решила идти до конца. — Вы обязаны реагировать!
Участковый тоскливо закатил к небу глаза.