Стражник дал мне выдолбленную из камня миску, и я протянул её, удерживая обеими руками, «повару». Тот ляпнул в неё какой-то жуткой смесью из жирного хрящеватого мяса и подгнивших овощей.
«Иисусе»
-Ешь, человек. – произнёс незнакомый голос позади меня. – Эта похлёбка – единственное, что будет отделять тебя от смерти в этой яме.
Я обернулся и увидел того же самого демона, что прокомментировал меня ранее при неудачном «эксперименте» с цепью и киркой.
Он был горбатым существом, с голубой кожей, и в целом походил на бурную помесь трицератопса и гнома, только облитого краской. Иными словами , его лицо было продолговатым, ящероподобным и оканчивалось кривым клювом; на макушке – гребень; руки оканчивались тонкими когтистыми пальцами.
-Сьем. – ответил я.
«Просто мне это нифига не понравится»
-Короче, что не захочешь – то отдавай мне. Я дам взамен медяк.
Вот, значит, к чему я скатился? К одной медной монетке , выменянной на блевотню у заключённых в кандалах…
Кстати, мне даже некуда её положить – даже моя сумка заблокирована.
-Не, всё нормально. – сказал я. – но спасибо за предложение.
-Меня Горком кличут, человек. Вдруг чего понадобится, или захочешь обменять еду – подходи.
-Буду иметь ввиду. – кивнул я , и начал есть похлёбку.
«Божечки, это ж реально мусор, а не еда!»
На вкус она была, как грязь, только с привкусом травы. Ну и плюс мясо с прожилками в некоторых местах хрустело хрящами.
Хотелось блевать, но я держался. С каждой ложкой мои хит-поинты – постоянно уменьшающиеся на протяжении последних нескольких часов – росли. Кроме того, мозоли на руках заживали просто на глазах. Не до конца , к сожалению, но там, где они лопнули, уже виднелась новая розовая кожа.
Еда, может, и была ужасной на вкус, но действительно поддерживала во мне жизнь.
Но, если подумать…а ХОЧУ ли я оставаться в живых? Если я помру, может, я просто зареспюсь на ближайшем кладбище?
Стоит попытаться.
Или всё же НЕ стоит? Все мои опции – серые. Что, если я лежу в коме там, в реальном мире? Что, если моё тело находится в схожем лимбе, как и мой разум, и неадекватно отреагирует на смерть в игре?
Нет, сомневаюсь, что дело будет именно так.
Наиболее вероятным будет другой вариант - при моей смерти я отреспавнюсь, но не на кладбище, а прямо здесь, в цепях.
Словом, сама ситуация, в которой я очутился, реально меня нервировала.
Но – не настолько, чтобы реально попытаться использовать смерть как способ побега. По крайней мере – пока. Уверен, что рано или поздно это может случится, но на данный момент, я даже не начал прикидывать другие возможности.
Всосав похлёбку, я немного передохнул, пока питались остальные заключённые.
Я походил по лагерю, всматриваясь в лица рабов – уродливые и перекошенные, но , хуже всего – отчаявшиеся и безразличные.
А потом я уловил краем уха разговор из тени у скалы.
-Говорю тебе, мы можем свалить отсюда!
Там сидела маленькая группка демонов, оживлённо спорящих между собой: мужик с головой козла, паукоподобная жуть с восемью глазами, и рогатая жаба.
-Как? Мы не можем даже кандалы сбить!
-Мы можем задавить охрану числом, это вполне реально!
«Ха!»
В этой игре таки нет совпадений.
Я сразу подсел к заговорщикам и прошептал:
-Я с вами.
Троица одарила меня угрожающими оскалами:
-Ты бы лучше научился не совать нос не в своё дело ,человек.
Я просёк, что, скорее всего, неправильно прочитал ситуацию и попытался заговорить их:
-Послушайте, я просто хочу выбраться отсюда, и всё.
-Будто остальные не хотят, бэ? – фыркнул козлоголовый.
- Я к тому, что готов помочь всем, чем могу, если вы задумали бежать.
-Вы все придурки. – сказал за спиной уже знакомый голос.
Мы все повернули головы и увидели стоящего над нами Грока.
-Тебя это не касается! – квакнул рогатый жаб.
-Если из-за ваших действий по моей шее прилетит кнутом, или мне обрежут вполовину рацион , то ещё как касается! – возразил Грок. – Ваша болтовня про побег – опасная глупость. Будет только хуже для нас всех.
-И что же ты предлагаешь сделать? – спросил я. – Подохнуть в цепях, как раб?
Остальные ребята согласно забормотали и закивали – что было весьма иронично, учитывая ,что не далее ,как тридцать секунд назад они хотели надавать мне поджопников.
Грок убеждённо покачал головой:
-По мне, так лучше пожить подольше, неважно – в цепях или нет.
Может, дело в самом разговоре, может – в той депрессивной картине безнадёги и унижения, что я видел вокруг себя, но мой мозг вдруг встрепенулся и заработал. В голове у меня возникла картинка со «Спартаком» – причём, не тот современный телесериал, набитый кучей голых мужиков, но старый фильм Стенли Кубрика, где ещё играли Кирк Дуглас с Лоуренсом Оливье.