– К рассвету будем в Теньграде, – сообщил извозчик на исходе третьего дня пути.
Матроны с дочками переглянулись и принялись неспеша приводить себя в порядок: расчесывать друг другу волосы, заплетать косы, красиво оборачивать их вокруг головы. Щипать себя за щеки, кусать губы, возвращая им краску, поправлять и разглаживать помятые юбки. Все понимали – вряд ли они смогут уснуть предстоящей ночью.
Мэрилит, прическа которой нисколько не растрепалась за все это время, только выпрямилась и повела затекшими после долгого сидения плечами.
– А ты в какой клан хочешь попасть? – спросила ее одна из девушек.
Из предыдущих разговоров Мэри уяснила, что в Ледгриме существует шесть самых влиятельных родов демонов, каждый из которых устраивает нечто вроде смотрин для приехавших в империю человеческих женщин. Попасть в один из этих домов считалось большой удачей среди переселенцев. Китти даже перечисляла все шесть фамилий, только Мэрилит не потрудилась их запомнить, ибо не собиралась выставлять себя на продажу.
– К Фалькенрейнам? – подсказала другая попутчица. – Как и мы?
– Вообще-то, я наметила целых четыре семьи, – уклончиво ответила Мэри. Про планы поступить в АДИ полукровка умолчала – такое признание вызвало бы слишком много вопросов. – Там разберусь по ходу дела.
– Фалькенрейны берут только самых милых и смазливых девушек. Не стоит тешить себя слишком смелыми ожиданиями, – заявила одна из мам. В ее глазах явно читалось: Мэрилит не дотягивает до стандартов красоты демонических наложниц.
Что было верно – уж чем-чем, а «смазливостью» и «милотой» Мэри не отличалась даже в самом раннем детстве.
Еще через несколько часов дилижанс достиг Ледгрима. Пограничный пункт представлял из себя приземистую крепость с длинной стеной черного камня. На въезде скопилось несколько экипажей, пассажиры которых выглядывали из окон и смотрели в сторону ворот.
– И что теперь? – спросила Мэрилит попутчиц. Она вдруг поняла, что с минуты на минуты увидит своего первого демона – живого, реального, всамделишнего.
– Нас пометят и пропустят.
– Пометят?
– Людям при въезде ставится магическая метка, – пояснила Китти. – Эмигрантам можно находится в Ледгриме не больше месяца – за это время нужно найти себе семью или покровителя, который будет тебя содержать или предоставлять работу. Если найдешь, сможешь остаться надолго. Если нет – вышвырнут обратно в Иллирию.
Экипажи пропускали быстро. Мэрилит не успела толком обеспокоиться услышанной новостью, а дилижанс уже заполз под каменный свод предвратного пространства крепости, где маячила одна единственная высокая фигура. Иллирийки спрыгнули на мостовую первыми – напуганных, побледневших, сбившихся в кучку женщин «пометили» в два счета, и вот они уже засеменили на другую сторону. Сторону, с которой начиналась страна демонов.
Мэри спустилась на землю последней. Немного волнуясь, девчонка подошла к пограничнику и поглядела на него снизу вверх.
О, очевидно, это был демон. Хотя он не сильно-то отличался от какого-нибудь мужчины из ее родного Эльдрима – ну, просто был весьма высоким. Широкоплечим. Не таким загорелым. Но, помимо внешнего облика, было в нем нечто, отчего что-то внутри Мэрилит затрепетало в мгновенном узнавании, а после застыло в яркой, точно вспышка молнии, уверенности: он другой и отличается от всех тех, кого она знала до этого. И при этом странным образом свой: гораздо роднее и ближе многих других.
* * *
Жаль, пограничник не смог ей ответить взаимностью. Отлаженная система пропуска эмигрантов дала сбой: поднятая рука с готовой магической отметкой (она слабо светилась с тыльной стороны ладони слуги Темного повелителя) зависла в воздухе. Он всмотрелся в девушку внимательнее. Принюхался.
– Демон? Человек? – надменно произнес он, оглядывая ее с ног до головы.
– Демон, – как можно тверже ответила Мэрилит.