Взгляды членов педсовета снова обратились к Мэри. Та и не знала, то ли радоваться внезапной поддержке могущественной убийцы, то ли опасаться такого покровительства. Она невольно начала симпатизировать Морелии. И могла лишь надеяться, что та, в отличии от демонов-мужчин, была более избирательна в амурных связях – ведь заканчивались те летальным исходом.
– Ты знаешь, кто твой отец, безродная? – хмуро обратился к Мэрилит худой демон с ярко-медными волосами.
– Нет, – она постаралась придать голосу уверенность и по возможности вытравить из него обиду. – Я никогда его не видала. Он бросил меня и маму!
Грянул громовой хохот – демонов заявление девушки отчего-то развеселило. Будто низкий поступок блудливого папаши был столь предсказуем, что никто и не думал его осуждать.
Мэри поджала губы и принялась обводить преподавателей взглядом. А ведь этот негодяй вполне мог находиться среди этих весельчаков. Более того, интуиция подсказывала, что он был там почти что наверняка – и при этом не спешил посыпать голову пеплом или как-то еще выдавать свое присутствие!
Может, это старый Асмодеус, который за свою длинную демоническую жизнь наверняка поразвлекся с сотнями, если не тысячами иллирийских женщин? Или неприятный Велмирис, которому так отвратительно кровосмешение? Да кто угодно, на самом деле: Саламандар, скинувший дрему и теперь рассматривающий ее с повышенным интересом. Или сдержанный и красивый демон, что не проронил за весь совет, кажется, ни единого слова – лишь ухмылялся и смотрел куда-то вдаль остекленевшим от воспоминаний взглядом. Или даже вон тот отстраненный блондин с нечеловечески белой кожей и волосами – маловероятно, чтобы отцом Мэрилит мог быть альбинос, но кто его знает?..
Стоило Мэри посмотреть на него, и блондин пошевелился.
– Я встречал в древних трактатах упоминания о демонах-полукровках, – он навел на Мэрилит взгляд льдисто-голубых, почти что прозрачных глаз, и на нее будто повеяло холодом. – Информации о таких созданиях крайне мало, и каким образом становится возможно зачатие – тоже. Не исключено, что их больше среди нас, чем мы привыкли думать. «Двурожденные» способны жить среди людей и оставаться незамеченными – в них слишком мало демонической крови, чтобы проявились магические способности и мы могли как-то их распознать. А вот если полукровка сама зачнет от демона... – голос блондина звучал тихо, почти невнятно, но все присутствующие замолкли и превратились в слух, ловя каждое его слово. – … то в таком ребенке оказывается уже больше демонической крови: не половина, а целых три четверти.
Морелия победно улыбнулась и три раза хлопнула в ладоши. А вот других демонов рассуждения белобрысого вовсе не обрадовали. Как и саму Мэрилит – если до этого она была противна себе лишь наполовину, то теперь ей предстояло ненавидеть свои целые «три четверти», получается?!
– Как к тебе относились другие люди? – участливо поинтересовался препод с красивыми каштановыми кудрями.
– Не очень, – призналась Мэри. – Они меня боялись.
– Вот! – Морелия снова возликовала, искренне радуясь тому, что ее теория подтверждается. – Ибо в этой суккубочке демоническая сущность превалирует над человеческой! И магические способности в ней есть – просто пока что они спят.
«И будут спать вечно, надеюсь» – помимо этого Мэрилит надеялась, что демоны не могут читать ее мысли.
– Особенности происхождения полукровки мы можем выяснить позже, – проворчал еще один гигантский преподаватель, до этого не принимающий участия в обсуждении. – Сейчас перед нами стоит другой вопрос: оставлять ее в академии или нет? Давайте уже решим что-нибудь. Я жрать хочу.
Судя по его виду, он мог съесть быка вместе с рогами и оглоблями и не подавиться при этом.
Вопрос прожорливого демона снова вызвал смуту среди педсовета. Одни участники утверждали, что Мэрилит нечего делать в заведении, где учат магии; другие – что ей стоит дать шанс. Неуверенные голоса вторых терялись в громких выкриках первых.
– Может, привлечем к обсуждению Темного повелителя, коллеги? – вдруг предложил кудрявый преподаватель. – Вызовем ЕГО и пусть разрешит наш спор – достойна сия сущность учиться в академии или нет...
Сразу же стало очень тихо. Остальные демоны даже застыли – с широко открытыми глазами, растопыренными руками и оскаленными ртами. А Мэрилит почувствовала, как по виску стекает капля пота – хорошо сдерживаемое напряжение дало о себе знать. Впервые после отъезда из Эльдрима ей стало страшно, страшно по-настоящему – почти неизвестная для нее эмоция, но явно малоприятная. Малодушно захотелось сбежать из этого проклятого места. И наплевать на рогатого отца, на то, что дома больше никто не ждет...