– А может, я останусь с тобой? – девушка еще раз оглядела беспорядок, царящий в комнате – не самое уютное место, зато безопасное. Жить рядом с Кристианом будет явно комфортнее, чем бок о бок с неуравновешенной демоницей, считающей ее существом низкого сорта.
Бардак можно прибрать, посуду вымыть, а залежи книг и рукописей – систематизировать, чтобы они занимали не всю площадь спальни, а только малую ее часть. Вот кровать у него не очень широкая, к сожалению, но на этот счет волноваться особо не стоит – Мэрилит не собиралась приставать к Кристиану, и он, судя по всему, был к ней совершенно равнодушен. Могут спать рядом, как брат с сестрой.
Ну, а если он ни в какую не захочет делиться постелью, Мэри постелит свой плащ прямо у его двери и будет ночевать там. Благо, холодов она не боится.
Кристиан проследил за взглядом полукровки, и на его лице отобразился ужас.
– Я могу быть полезной, – заявила она. – И спать на полу...
– Ты – суккуба, Мэрилит, – отчеканил парень. – А я – человек. Тебе ни в коем случае нельзя оставаться со мной.
Мэри немного помолчала, глядя в сторону. Она понимала, что совершает непростительную глупость, напрашиваясь жить в одной комнате с малознакомым мужчиной. Если бы дома узнали, что она топчется ногами по собственному благочестию... но дом отныне был далеко, и вряд ли его обитатели смогли бы каким-то образом проведать о том, что Мэрилит упала ниже некуда.
И в данный момент чувство самосохранения оказалось сильнее гордости. Кристиан виделся ей единственным обитателем академии – не важно, человеком или кем-либо еще – на которого Мэри могла хоть как-то положиться. А его маленькая и захламленная спаленка показалась милее всех прочих помещений АДИ; она напоминала родные места, которые ей пришлось покинуть.
– Мне кажется, тебя этот факт не сильно напрягает, – осторожно заметила Мэри. – Другие...
– Сразу же падали ниц и хватались за подол твоей юбки? – Кристиан рассмеялся, но веселья в том смехе было мало. – Рассыпались в комплиментах, пускали слюни от восторга?
– М-м-м, – полукровке захотелось провалиться сквозь землю. На самом деле у нее было настолько мало опыта в вопросах взаимодействия с противоположным полом (кроме дряхлого Приютта Винга, по-отечески доброго Джонатана и мелких братишек), что она не могла говорить об этом с полной уверенностью.
Но работнику академии и не требовалось подтверждения. Он встал и прошелся по комнате. В его порывистых движениях чувствовался затаенный гнев.
– Я ничем не отличаюсь от этих бедолаг, Мэрилит, – язвительно продолжал он. – Знаешь, в чем мое единственное преимущество перед ними?
Кристиан резко распахнул воротник рубашки, открывая шею. Оторванная пуговица пролетела мимо девушки и, весело подскакивая, укатилась под кровать. Взгляду Мэрилит открылась уже виденная ей утром вязь, проступающая сквозь кожу.
– Что это?
– Защита от суккуб. С ней я могу мыслить разумно в вашем присутствии; быть хозяином собственному телу и мозгам. А иначе я бы давно уже ползал по полу и целовал твои ноги. И ты бы не преминула этим воспользоваться...
Мэрилит обдало жаром протеста – будто рядом находился играющий огнем Саламандар. Она собиралась возмутиться; ее покоробило скрытое обвинение, прозвучавшее в тираде Кристиана. Он заведомо навесил на нее ярлык монстра и убийцы – даже при наличии, как он сам сказал, «защиты». Даже не потрудившись узнать ее получше, прежде чем избегать. Но она не такая. Она ни за что бы не стала...
А потом что-то произошло. Где-то вдалеке, на самом краю слышимости, Мэри почудился тихий треск – и мир будто бы раздвоился. Она вдруг увидела Криса, сидящего на коленях прямо перед собой: его блуждающую мечтательную улыбку, лихорадочный блеск глаз; одна рука парня приподняла край ее юбки, другая стиснула лодыжку и потянула на себя...
И при этом Мэрилит точно знала, что на самом деле этого не происходило – в реальности мужчина также стоял поодаль, нахмурив брови и сложив руки на груди. Но внутренности полукровки уже скрутило горячим узлом, дрожь охватила конечности и поползла по направлению к сердцу.
Сердце... Прежде она редко задумывалась об этом своем органе. Оно было и на этом все. Просто работало, просто помогало поддерживать жизнь, редко напоминая хозяйке о своем присутствии. Но сейчас Мэри вдруг осознала, насколько ее сердце огромно. Оно разрослось и заполнило всю ее без остатка. Оно билось мощно и отчаянно, словно дикая хищная птица, пойманная в силки. В голове зашумело от его ужасного грохота, перед глазами все вмиг помутилось.
Мэрилит ничего не ответила Кристиану на его выпад. Она замерла и некоторое время сидела без движения, опасаясь того, что собеседник уловит ее странное состояние; расслышит оглушительное биение, которое просто нельзя было не услышать.