– ...невредима, – если присутствие Кристиана было противоядием от назойливого внимания демонов, то она согласилась бы принимать его снова и снова. – Пока, по крайней мере...
– Тебя хочет видеть проректор по воспитательной работе, – он приобнял ее за талию и повел в сторону широкой лестницы, устланной парадным синим ковром. – Я отведу, а потом покажу, где можно поужинать. Завтрак с обедом ты уже пропустила, отличница.
Мэрилит чуть не споткнулась на месте; ее взгляд на миг расфокусировался, а дыхание сбилось, так что ответить она смогла не сразу. Причина собственного волнения осталась для нее неясной: то ли сыграла роль ладонь Кристиана, непринужденно касающаяся ее в районе поясницы, то ли подействовали его слова.
– Проректор по воспитательной работе? Надеюсь, это не из-за того, что я влезла в общежитие по стене?
Парень с интересом взглянул на нее сверху вниз. От Мэри не укрылось, что выглядел он еще более усталым и несчастным, чем вчера. Его густые каштановые волосы лежали в беспорядке, а под глазами залегли синюшные тени.
– А ты это сделала?
Мэрилит скромно потупилась. С одной стороны, ее так и подмывало выложить Кристиану шокирующие подробности прошедшей ночи. С другой – она еще не решила, можно ли ему доверять полностью и безоговорочно. Про стену он пока не знал... но повод для визита к проректору-таки нашелся. Хотя если уж чьим-то воспитанием и следовало заняться, так это Пирэллиным, а не ее.
– Потом расскажу, – ответила Мэри. Они поднялись на второй этаж и пошли вдоль кабинетов преподавателей. – Ладно, к проректору, так к проректору... Я как раз хотела переговорить с кем-то из руководства насчет моей соседки.
Кристиан не остановился, но чуть сбавил шаг и убрал руку с ее талии. Полукровка заметила тень, омрачившую лицо человека.
– Знаешь, я бы на твоем месте не стал жаловаться на Пирэллу, – осторожно заметил он. – И вообще заводить эту тему с деканами академии.
– Это еще почему? – возмутилась она.
– Потому что Пирэлла принадлежит к влиятельному роду демонов; она пользуется магией огня лучше других адептов, и зачислена в АДИ с момента своего рождения. А ты...
Кристиан замешкался, подбирая слова потактичней. Мэрилит кивнула.
– Безродная выскочка с нераскрытыми способностями и примесью человеческой крови, – закончила за него она. – Я знаю.
– Скажу по секрету: я ненавижу демонов, хоть и работаю в академии. А демоны – ненавидят тех, кто хоть чем-то отличается от них. Спрячь свои изъяны как можно глубже и не позволяй им даже думать, что ты слабее. Стоит монстрам почувствовать твою беспомощность – и тебе конец. Мы пришли, Мэрилит.
Проректора по воспитательной работе звали «Дезирон Тенебра». Так гласила красивая подпись на двери; черные, будто выжженные раскаленным прутом буквы вились изящной вязью.
Мэрилит глубоко вздохнула, прежде чем постучаться. Два высокорослых демона в бесстыдно расстегнутых рубашках (пуговицы оторваны, галстуки сбиты набок) в конце коридора пялились на них с Кристианом, кривя губы в алчных усмешках.
– Все в академии знают, что я полукровка? – скорее утвердила, нежели спросила она.
– Увы, – парень слегка развел руками. – Разврат и жестокость уже не так будоражат умы наших рогатых адептов; Мэрилит из Иллирии – главная новость дня.
* * *
Определенно, Дезирон Тенебра обладал весьма привлекательными формами – по крайней мере, сзади. Мэрилит засмотрелась, с отстраненным интересом оценивая физические параметры проректора. Он стоял спиной ко входу, наклонившись над широким подоконником, заставленным предметами магического происхождения.
Простые штаны кремового оттенка эффектно обтягивали ладную, слегка отставленную задницу преподавателя. Коричневая рубашка сидела достаточно свободно, но чтобы угадать под ней очертания широких плеч и узкой талии, не нужно было владеть навыком прорицания.
Дезирон настолько погрузился в изучение своих игрушек, что даже не услышал звука открывающейся двери. Перед ним в невесомом танце парили тонкие золотистые веретена, мельтешили полупрозрачные лопасти, жужжали и вибрировали блестящие металлические диски. Каждая деталь каждого диковинного предмета заставляла смотреть на себя, взывая к владельцу и разговаривая с ним на неведомом постороннему языке.
Мэрилит переводила взгляд с приборов на филейную часть проректора, не зная, что в открывшейся картине нравится ей больше, и не решаясь отвлечь его от созерцания хрупкой красоты магической утвари.