Письмо…свеженькое, только что испеченное, ждало меня в почтовом ящике, адрес которого был знаком очень немногим. Дело в том, что в силу своей так сказать противоестественности, мне и таким как я приходится скрывать свою природу от обычных людей, они даже не догадываются, что рядом с ними, в самой непосредственной близости живут такие существа как суккубы и инкубы, оборотни и волкулаки, вампиры и маги. Вернее они очень хотят в это верить, но как хотят… они пишут об этом книжки, снимают фильмы, они до жути хотят, что бы мы существовали, но с одним но — они хотят и сами быть такими как мы. Т. е. они хотят верить в то, что однажды и они станут бессмертными и вечно юными, смогут повелевать силами. Но пока это никому недоступно, то не так обидно, так ведь? А если они узнают, что то, о чем пишут их писатели-фантасты, кому то доступно, и что это не передать обычной прививкой или переливанием крови, и что есть такие существа — бессмертные (гипотетически, мы ведь тоже гибнем от той или иной напасти), вечно юные (кроме ведьм которые вынуждены поддерживать свою юность системой сложнейших заклинаний), владеющие необъяснимыми силами, как они поведут себя? Они нас уничтожат, не смотря на всю нашу силу и кажущуюся неуязвимость, они просто задавят нас массой, загонят в карьеры и забросают бомбами, зальют напалмом, и никакая сила магов-огневиков не поможет, их просто больше чем нас. Вот поэтому мы и прячемся, заметаем следы, подтягиваем хвосты. Вот поэтому у меня и есть не один, а несколько адресов почты, и на один из них, из тех, что знаком только таким как я пришло это письмо, от незнакомого абонента, начинающее словами — Ну что, демонское отродье, страшно?
Ну как страшно…не так чтоб и страшно, просто неприятно, не люблю когда мне угрожают, да еще и таким примитивным способом. Я не буду вас грузить остальным текстом, поверьте, он в том же самом духе — три миллиона угроз и полкило предупреждений, и в конце — ультиматум, что я мол, должна покаяться, выдать всех кого знаю и с миром уйти в мир Иной пробив себе сердце серебряным колом.
Самая соль всего состоит в том, что я и так в мире Ином, ну это у нас так заведено, есть мир людей, и есть наш, Иной мир, ну мы сами так его называем. Да и серебром суккуба не убить, хоть в сердце его втыкай хоть еще куда, там совсем другой, очень сложный ритуал нужен.
Мне было бы смешно, если бы не тот факт, что подобная чепуха пришла на мой засекреченный адрес.
Я начала думать, а я не очень люблю думать. Нет, я не блондинка, но вот о таком, глобальном, думать не люблю. Мне бы статейки свои писать про театральные постановки, да про поэзию, да про хрустальные чувства. Безусловно, было время, когда я, как оголтелая, бросалась в гущу событий, в самое пекло, когда принимала участие во всех наших войнах и конфликтах, но это время уже ушло. Наверное, и у таких существ как я приходит время духовной зрелости, когда уже не хочется воевать, а хочется спокойно созерцать происходящее, понимая, что ты ничего не сможешь изменить.
Выводов напрашивалось, по меньшей мере три — первый, и наиболее вероятный, это то что надо мной подшутил кто-то из «плохих» ребят, так называемых темных, тех кто как раз и пьет кровушку бедных людей, залюблювает до смерти юношей бледных и прочее, прочее, прочее. Второе — кто-то из своих, белых и пушистых, светлых-пресветлых подшутил, но сегодня не апрель, а подобные шутки среди моих светлых сородичей уместны только в день дураков. Ну и третье, самое фантастическое предположение — люди. Кто-то кому-то рассказал о том, что мир ведьм и вапиров существует, кто-то скажем так, не сильно любящий меня, дал мой адрес и вуаля — получи фашист гранату, т. е. разумеется — получи суккуб письмо. Бред… уж лучше думать, что это кто-то из темных, самый безопасный вариант. От них много чего можно дождаться. Хотя никто из темных этого моего адреса не знает, но это несущественно, язык до Киева доведет.
И так, версия номер один определилась — темный паршивец смеха ради или по другой какой причине решил меня разыграть.
Запиликал телефон, извещая меня о новом сообщении — номер не определен. Хе — хе, а шутка то оказывается с продолжением, улыбнувшись я начала читать — ничего нового собственно, практически один в один повторенный текст из письма, а в конце приписка — страшно? Оооооооочень… прямо таки сейчас описаю от страха свои доругущие труселя. Продолжая улыбаться, с телефоном в руке я прошествовала на кухню — еще чашка кофе и можно звонить подруге. Она судя по всему уже должна проснуться. Она не такой жаворонок как я, но и не совушка как мой милый, но ему простительно — ночи напролет патрулирует улицы на предмет выявления со стороны темных нарушений договора. Вас удивляет, что между нами есть договор? Милые вы мои, да если бы мы не договорились в свое время, то как по-вашему мы смогли бы более менее мирно сосуществовать на протяжении вот уже пяти веков? Конечно, договор есть, иначе мы бы поубивали друг друга, но сначала темные истребили бы значительную часть из вас. И не думайте, что это геноцид и все такое, просто самым лакомым для оборотней, волкулаков, вампиров и прочей темной шушеры всегда была, есть и будет человечина, да и многие из ведьмовских заклинаний тоже основаны на компонентах, скажем так, человеческой жизнедеятельности. И в этом нет ничего удивительного и обидного, дело в том, что темные воспринимают вас, людей, исключительно как подножный корм, созданный для удовлетворения их потребностей, не более того. Ну а чтобы вам было не так уж обидно могу добавить лишь одно — к нам, своим светлым собратьям они относятся не многим лучше, и вампир с одинаковым удовольствие выпьет кровушки, как невинной человеческой девы, так и менее невинной суккуб. Одно но — что бы полакомиться моей кровью ему придется приложить несравненно больше усилий и вряд ли его желание сбудется. Потому как для того, чтобы воткнуть свои негигиеничные клыки в мою шейку ему придется подойти ко мне вплотную… а у меня много есть фокусов, и не всегда приятных, реализация которых подразумевает именно плотный контакт. И вообще, не в обиду магам (они просто считают себя самыми могущественными среди таких сущностей как я) будет сказано, мы, инкубы и суккубы очень и очень сильны, но мы по натуре своей можно сказать — пацифисты, поэтому сложилось обманчивое впечатление, что мы слабые и хилые… Пусть думают так, нежели иначе, нам же лучше.