Абульфеда замолчал.
— Довольно, братья! — сказал председатель. — Ваши обвинения привели нас в ужас, и я, Хункиар, мулла Кониара, подтверждаю справедливость этих обвинений! Султан Мурад будет твоей последней жертвой, Мансур, ты — жестокий деспот, злоупотреблявший своей властью!
— Остановитесь! — повелительно перебил его Мансур. — Я довольно слушал вас! Что значит эта полуночная комедия? Долой ваши Золотые Маски. Вы хотите судить меня? Меня, которого воля Аллаха сделала высшим лицом в государстве? Зная мое могущество, вы вообразили, что можете судить меня? Я хочу знать, кто вы такие, кому вы служите? Долой ваши маски, я хочу знать своих противников.
— Так узнай же их! — вскричал председатель, — Мое имя ты уже слышал!
— Это ложь! Ты не мулла Кониара, первое лицо церкви, потомок божественного пророка! — отвечал Мансур.
— Гляди! — сказал председатель, снимая платок, закрывавший его лицо и золотую повязку. Тогда при бледном свете луны Мансур увидел перед собой почтенного старца с длинной, седой бородой.
— Да… ты мулла Кониара… — сказал Мансур глухим голосом. — Ты тот, кто первый имеет право на занимаемое мной место.
— А здесь, вокруг себя ты видишь могущественнейших мулл государства, не всех, но тех, которые, подобно мне, стремятся к общей высокой цели, — сказал старик. — Мы же все повинуемся воле мудрого и благородного потомка калифов Альманзора, которого ты считаешь мертвым, но который живет под именем Абунецы! В настоящее время он исполняет священный долг, прилагая все старания на далеком театре военных действий, чтобы уничтожить твое влияние!
Золотая Маска снова закрыл лицо и занял свое место в кругу.
Теперь Мансур знал, что находится в руках служителей церкви, объединившихся для того, чтобы наказывать тех, кто стремится достигнуть своей цели преступными средствами.
— Вы слушали обвинения против Мансура-эфенди, братья мои, — продолжал Хункиар, — теперь надо вынести приговор!
— Как можете вы выносить приговор, — вскричал Мансур, — когда, по вашим словам, все люди — братья и Аллах есть любовь?
— Ты презрел это изречение и не следовал ему! Не используй же его для своей выгоды, — сказал Хункиар. — Тот, кто, как ты, взял себе в союзники преступление, тот в день суда напрасно будет взывать к божественной любви и прощению, потому что не внимал такому же крику своих жертв. С тобой погибнет то положение, которое ты занимаешь на беду страны, и никогда ни один смертный не будет занимать его!
— Никогда! — повторили все, и Мансуру показалось, что он уже слышит свой смертный приговор.
— Ты же, — продолжал Хункиар, — бойся суда Аллаха! На земле твое владычество кончено, и я спрашиваю вас, братья, какого приговора заслужил этот человек, обвинения против которого вы слышали!
— Он заслужил смерть от руки палача! — сказал Золотая Маска.
— Он заслужил смерть! — сказал следующий, и все присутствующие повторили то же самое.
— Ты слышал, Мансур-эфенди? — обратился к нему Хункиар. — Приговор тебе вынесен! Ты приговорен к смерти!
— Вы хотите привести в исполнение этот приговор? — вскричал Мансур, дико оглядываясь вокруг. — Смените меня, это вы имеете право сделать, потому что принадлежите к главам церкви, но смертного приговора вы не имеете права выносить, и во имя…
— Довольно, — повелительным голосом перебил его Хункиар, — ты злоупотреблял своей властью, кровь требует крови! Вынесенный нами приговор обжалованию не подлежит!
— Значит, вы не лучше меня! Произвол — ваше орудие! — вскричал Мансур. — Бойтесь наказания, мою кровь вам не удастся пролить безнаказанно! Меня уже должны разыскивать.
— Уведите приговоренного! — сказал Хункиар, и в то же мгновение лицо Мансура было снова закрыто!..
XV. План мщения
В один из следующих вечеров около дома Сади-паши бродил старый нищенствующий дервиш.
Он узнал от одного из слуг о том, что сделала Реция, и, казалось, что это известие произвело на него сильное впечатление.
Лаццаро, которого никто не узнавал, страшно ненавидел Сади и поклялся убить его, поэтому понятно, что известие об освобождении Сади и смертельной опасности, в которой находилась Реция, еще больше укрепило его решимость удовлетворить свою жажду мести. Уничтожить Мансура и передать его в руки Золотых Масок ему удалось! Теперь он хотел отомстить Сади, а затем уже для обеспечения своей безопасности выдать и Золотых Масок. Но он должен был спешить, так как знал страшное могущество и всеведение Золотых Масок, и говорил себе, что они скоро найдут и схватят его, если ему не удастся обезвредить их.