С этими словами она вышла из зала совета, у дверей которого ее ожидал черный слуга.
Выйдя из развалин, султанша Валиде села в карету и велела везти себя в Беглербег.
Мансур глядел ей вслед с торжествующей улыбкой. Прежде такая хитрая и проницательная, султанша попала в расставленные для нее сети. Если ей удастся уговорить султана последовать советам Майсура, то его падение неизбежно, так как подобные меры заставят колеблющихся еще министров примкнуть к заговору.
Кроме того, он думал еще больше усилить впечатление, произведенное султанскими повелениями. Он хотел организовать покушение на жизнь принцев и притом так, чтобы оно было приписано султану или султанше Валиде.
С этою целью он направился в келью дервиша Алаи, который с наступлением ночи оставлял свое обычное место вблизи башни Мудрецов.
Алаи лежал на полу своей темной кельи, в которую свет и воздух проникали только через узкое окно.
Но, несмотря на мрак, он узнал Мансура и упал перед ним на колени.
— Алаи! — сказал Мансур.
— Я слушаю тебя, великий шейх.
— Ты молишься?
— Я молюсь день и ночь, но мои грехи так велики. Я должен постоянно кинжалом напоминать себе, что я заслуживаю смерти.
— Хочешь получить прощение своих грехов?
— Да, великий шейх, мудрый и могущественный Баба-Мансур! — вскричал в восторге дервиш. — Ты сжалился надо мной, ты хочешь дать мне прощение!
— Но ты ведь знаешь, что для того, чтобы заслужить его, надо сделать что-нибудь необыкновенное, какой-нибудь подвиг.
— Назови мне его, повелитель. Сжалься над твоим несчастным рабом!
— Тогда ступай в Долма-Бахче и проникни во дворец с кинжалом.
— А потом? Потом что?
— Ударь кинжалом, если увидишь, принцев.
— Принцев? Они должны погибнуть?
— Сохрани тебя от этого Аллах! Ты должен дать схватить себя там!
— И это то дело, о котором ты говорил?
— Иди и исполни его! — приказал Мансур.
С этими словами он скрылся ловким и быстрым движением за выступом стены и оставил келью дервиша, прежде чем тот успел заметить его исчезновение.
— Где ты, великий шейх? — вскричал в изумлении Алаи, не видя больше Мансура. — Где ты?.. Здесь нет никого! Это было, значит, видение!.. Я повинуюсь его приказанию! Наконец я заслужу прощение!.. Прощение!.. Прощение!..
Слова Мансура Алаи счел за слова духа, посланного пророком, и слепо им повиновался.
Между тем султанша Валиде не теряла времени, и все принцы были арестованы и отправлены во дворец Долма-Бахче.
Там мушир Чиосси сообщил им, что султан приказал, чтобы они не выходили из дворца и не принимали никого, не получив прежде на это разрешения.
— Значит, мы здесь в тюрьме? — вскричал принц Мурад. — Я протестую против такого обращения с нами. Ни я, ни мои братья не делали ничего против воли султана и во всем ему повиновались. Передайте его величеству султану, нашему дяде, что мы не будем никуда выходить из этих комнат, так как не согласны подвергаться таким унижениям. О, скоро ли кончится наша жизнь, исполненная печали, горя и опасений?
Вскоре принцы получили письмо от султанши Валиде, в котором повторялись приказания султана и, сверх того, было прибавлено:
«Принцы не должны иметь детей, иначе последних будут убивать сразу же после их рождения».
После всего этого принцы не могли ни одного часа быть уверенными в своей безопасности. Это преследование принцев крови было не новостью в Турции. В этом полуевропейском, полуазиатском государстве проклятие тяготеет над теми, в чьих жилах течет султанская кровь.
С самого раннего возраста им угрожает смерть. Ни одного спокойного дня, ни одного веселого часа не выпадает на их долю.
Их жизнь проходит в беспрестанном страхе перед гневом султана и преследованиями султанши Валиде.
Вечером того же дня случилось событие, еще более усилившее опасения принцев.
В их комнаты проник неожиданно старый дервиш. Никто не знал, как он мог пройти во дворец. Вероятно, стоявшие у входов часовые не заметили его.
С обнаженным кинжалом бросился он на Мурада, наследника трона, и убил бы его, если бы принц Гамид не успел вовремя отвести руку убийцы.
На зов принцев сбежались слуги и схватили безумного Алаи, так как это был не кто иной, как тот помешанный дервиш, которому Мансур велел совершить покушение на жизнь принцев.