Удар был меток. Ярко-красная кровь хлынула на траву. Негр открыл испуганные глаза, попытался было подняться, но рана была смертельна, и он, испустив последний вздох, снова упал на обагренную кровью землю. Все было кончено.
— Это тебе за то, что ты позволил Мансуру уговорить себя лишить меня жизни! — вскричал Лаццаро. — Теперь коршуны съедят тебя, черная собака! Но здесь, над твоим трупом, клянусь я, что тот, кто подговорил тебя, этот Баба-Мансур, последует за тобой скорее, нежели он того ожидает! Сначала этот ненавистный Сади-паша, которого я давно уже поклялся убить, а затем будет твоя очередь, мудрый и могущественный Баба-Мансур! Ты должен умереть от руки Лаццаро! Он умеет держать свои клятвы!
С этими словами Лаццаро взял у мертвого Тимбо кошелек с деньгами и, вскочив на лошадь, помчался обратно в Константинополь.
Несколько дней спустя купцы нашли на дороге привязанную, полумертвую от голода лошадь и около нее изъеденный зверями и насекомыми труп человека.
Никто не обратил на это особого внимания, так как на этой дороге путешественников часто грабили и убивали разбойники.
II. Торговец розовым маслом
— Я придумала план освобождения твоего Сади, моя дорогая, бедная Реция, — сказала Сирра, возвратившись в дом старой гадалки, где Реция давно уже с нетерпением ждала ее.
— Ты была в башне сераскириата, Сирра?
— Да, я все там высмотрела. Очень трудно попасть в башню, так как она охраняется часовыми день и ночь. Весь сераскириат похож на маленькую крепость: посуху в него не легче проникнуть, чем по воде. Даже если удастся пробраться во двор, то это еще не значит, что можно пройти в башню!
— Ты была во дворе?
— Да, дальше меня не пустили.
— Как же удалось тебе попасть туда?
— Я спросила старого капрала Ифтара, имя которого я прежде слышала, и часовые пропустили меня. Дальше было невозможно пройти, и я осталась во дворе. Вскоре я увидела Сади-пашу, который гулял по двору в сопровождении караульного.
— Ты видела его!
— Он был печален и мрачен, но нисколько не изменился и смотрел гордо и спокойно, как и прежде. Бог знает, чего бы я ни дала, чтобы только подойти к нему или хотя бы сделать ему знак, но это было невозможно. Я выдала бы этим себя, а ему не принесла бы никакой пользы. Вскоре его отвели в башню, и тут я заметила, что там стоит еще караул. Так старательно стерегут твоего Сади!
— Это доказывает только то, что его враги замышляют что-то недоброе!
— Будь спокойна, моя дорогая Реция, мы сегодня освободим твоего Сади.
— При этой тройной страже, Сирра? Твое описание отняло у меня все мужество!
— Поверь мне, что это нам удастся!
— Но когда? Мое сердце подсказывает мне, что Сади грозит страшная опасность.
— Но он ведь жив! Сегодня же вечером попытаемся его освободить!
— Я знаю твою ловкость, твое мужество, Сирра, по тут я сомневаюсь…
— Верь только моей любви, она сделает все возможным! — прервала Сирра. — Возвратясь сюда, я все время думала и нашла средство освободить Сади! Сегодня вечером мы пойдем в сераскириат.
— Но как мы попадем туда?
— Мой отец торговал розовым маслом и опиумом, там наверху стоит еще ящик, в котором он возил свои товары. Этот ящик так устроен, что его можно разделить на две части, одну очень большую, а другую маленькую.
— Но к чему же нам этот ящик, Сирра?
— Слушай дальше, сейчас узнаешь! Ты наденешь персидский халат моего отца, повяжешь голову платком и будешь настоящим торговцем розового масла, мешочками с опиумом, янтарем, бальзамом, а в большое отделение сяду я. У меня есть маленькая двухколесная тележка, так что тебе будет легко меня везти. Когда мы проберемся в сераскириат, я незаметно вылезу из ящика, попытаюсь пробраться к Сади и освободить его. Если это удастся, он сядет вместо меня в ящик, и ты вывезешь его из башни.
— Но как же ты будешь?
— О, не беспокойся обо мне, я сумею выбраться на свободу.
— Это очень опасный план, но я готова, так как другого выхода нет! Мы должны попробовать все! Если даже это будет раскрыто, то нам угрожает только заключение вместе с Сади.
— Я говорю тебе, что нам это удастся! — вскричала Сирра, полная радости и надежды. — Никто не будет и подозревать, кто скрывается под видом персидского торговца и что находится в ящике. У матери есть ключи, которые откроют всякие замки, я возьму их и, кроме того, еще хорошую пилу. Тогда легче будет освободить Сади из его темницы, а если мы вынем из ящика и последнюю перегородку, бросив все товары, то Сади легко поместится в ящике.