5.
Злость и зависть правили Айкой. Она не могла заснуть, ворочалась до тех пор, пока Диль-калфа не позвала ее. Поначалу девушка не понимала что от нее хотят и почему все происходит слишком быстро. Сначала баня, массаж, затем красивая одежда и немного украшений, каких Айка никогда не видела и не трогала. Мечты сбывались. Аллах услышал ее молитвы, и даровал ей то, о чем она так долго и усердно мечтала. Он осуществил ее мечту. Жизнь во дворце – райский сад. И каким было удивление девушки, когда ей сказали о том, что шахзаде желает ее видеть. После того, как Нурбахар ушла в его покои прошло не так много времени. Что-то пошло не так, но раз она не возвращалась что могло быть? Айка все думала, пока ее волосы аккуратно укладывали. Вот тот момент, когда она покажет шахзаде Осману насколько сильна ее благодарность за прошлое. Он вспомнит ее. Он обязательно вспомнит.
Айка уверенно шла по коридорам, направляясь прямиком в покои шахзаде Османа. Она не испытывала волнение, не слушала калфу и была уверена, что сразу же влюбит в себя будущего султана. Мысли о богатом и сытном будущем никак не выходили у нее из головы. Девушка сделала глубокий вдох, опустила глаза и вошла в покои. Шахзаде стоял к ней лицом. Она взглянула на него, улыбнулась и поклонилась, зная, что ему как будущему правителю понравится такой жест. Но на его лице не дрогнул ни один мускул. Осман смотрел на нее, словно сейчас вынесет какой-нибудь страшный приговор, но он продолжал молчать.
— Ты дочь торговца виноградом? – спросил он, рассматривая Айку, на что она лишь сильнее улыбнулась.
— После того, как он выгнал меня из дома, он мне больше не отец.
— Хм... Почему ты пришла во дворец?
— Я хочу сделать шахзаде самым счастливым! – она говорила уверенно, но Осману это не нравилось.
— Ты настолько уверена в том, что можешь сделать меня счастливым?
— Прошло столько времени, а мы вновь встретились... разве это не счастье, шахзаде Осман? – прошептала она, и он сдался.
То ли от усталости, то ли слова Айки так подействовали на него, но он расслабился. Его плечи поникли, и он указал девушке на постель. Это было ожидаемо, она отбросила волосы за спину и не спеша прошла по покоям. Айка чувствовала себя уверенно, будто бы всю жизнь прожила во дворце. Хоть это было и не так на самом деле, но она мечтала об этом каждый день, а теперь это случилось.
В голове крутился лишь один вопрос: «Почему он выбрал Нурбахар, но она не рядом с ним?». Спросить шахзаде Айка не могла, боясь, что за свою болтливость может поплатиться тем, что он выгонит ее. А возвращаться в гарем с позором она не собиралась, поэтому молчала и следила за Османом.
Что в это время чувствовал сам шахзаде? Пустоту. С самого утра, как только он вернулся во дворец, узнав, что отец тяжело болен, он не находил себе места. Возвращаться всегда сложно, но Осман вернулся не потому что так захотелось ему... так велел султан, когда находился в здравии. По прибытии шахзаде виделся с отцом, но тот кого он увидел на постели – не был похож на когда-то крепкого и здорового султана. Ибрахим-Хан больше напоминал дряхлейшего старика. Его серая кожа давно позабыла что такое солнце, она была цвета земли. Когда-то черные глаза, искрившиеся азартом и жаждой власти, теперь неустанно смотрели в одну точку. Громкий голос, похожий на гром, теперь был шепотом. Руки, что раньше держали кинжал, не могли удержать и пера. Шахзаде вернулся только лишь для того, чтобы стать султаном.
— Шахзаде? – Айка дотронулась до его руки и улыбнулась, когда он опустил взгляд на нее.
Ему не нравилось то, как она вела себя рядом с ним. Он не чувствовал к себе уважения. Ему казалось, что Айка будто бы не понимала того перед кем стоит. Она выросла, но по-прежнему оставалась той девчонкой. Выбора не было. Шахзаде не мог больше выгонять кого-либо из своих покоев. Он не хотел, чтобы на утро по дворцу шел слух о том, что шахзаде, будущий падишах не в себе.