***
— Открывайте двери! – приказала Айка, подойдя к покоям шахзаде, но сулаки не спешили этого делать.
Они переглянулись между собой, после чего один из них ответил:
— Шахзаде не один. Ступайте обратно.
— Не один?! Кто у него?
— Сказали тебе, обратно идти. Идем. – Диль-калфа взяла наложницу под руку и буквально силой потащила обратно.
Злость и ненависть – два чувства, которые волнами накатывали на девушку, пока она шла по коридорам обратно. Кем занят Повелитель – было ясно. Айке не пришлось долго думать, чтобы понять это. Нурбахар не было в гареме, а значит она была у него. Как посмела? Шахзаде хотел видеть другую девушку рядом с собой этой ночью, но фаворитка все испортила. Нужно было немедленно избавиться от нее, и Айка не зная к кому обратиться, решила сделать все самостоятельно.
Только девушки в гареме погасили свечи и легли спать, Айка покинула стены дворца. Сложно было не попасться на глаза кому-либо, но даже это у девушки получилось, и совсем скоро она быстрым шагом шла по улицам города. Каждый уголок, каждая улочка и лавка были знакомы ей, но никто не должен был узнать ее. Никто не должен был видеть, что она покинула стены дворца. Если шахзаде узнает об этом, то ее место навсегда останется за пределами дворца султана. Она столько лет шла к тому, чтобы жить в гареме, чтобы быть рядом с шахзаде, и теперь, когда ее мечта почти сбылась, какая-то девка хотела отобрать все.
Натянув капюшон сильнее на голову, Айка шагнула в сторону домов, где когда-то проводила каждый вечер. Она знала кто сможет и обязательно захочет ей помочь. Остановившись у одной из дверей, девушка взглянула по сторонам и тихо постучала, боясь, что ей не откроют. Но не прошло много времени, как дверь открылась, и Айка увидела высокого мужчину. Черная борода блестела в свете свечи, что он держал в руке. Взгляд был испуганным и непонимающим, в то время, как девушка втолкнула его в дом и закрыла за собой дверь. Задув свечу в его руках, Айка сняла с головы капюшон и выдохнула, после чего улыбнулась.
— Как же сложно до тебя добраться, Шахир. – Произнесла она, глядя на мужчину в полной темноте.
— Айка? Твой отец сказал, что ты отправилась во дворец... Это не так?! О, Аллах! Он услышал мои молитвы! – девушка видела, как в глазах Шахира сверкнула радость.
Он обнял девушку, уткнувшись носом ей в шею и глубоко вздохнул запах. Смесь масел, дорогих угощений и богатства – вот что он чувствовал, и Айка знала на что и когда нужно надавить, чтобы добиться желаемого. Ее руки ласково очертили его крепкие мускулистые плечи, губы оставили мокрый след на щеке, а тихий вздох дал мужчине понять, что что-то произошло.
— Не пускают меня обратно, Шахир. Говорят, что... нужна я им там. – Скорбным голосом произнесла Айка, не отбирая рук с плеч мужчины. — Ага, что не пускает меня, должен понести наказание. Ты же понимаешь, что можешь мне помочь? Ты мне поможешь, Шахир? Как только я избавлюсь от аги, мы сможем быть вместе. Я вернусь на базар, мы родим маленького мальчика, станем одним целым. Аллах будет радоваться за нас.
— Это опасно, Айка. Здесь в городе ты можешь творить, что хочешь, а там... Всевышний отведет от тебя беду, но если султан узнает о твоем поступке? Велит немедленно казнить! Моя жизнь без тебя – не жизнь вовсе.
— Ты ранишь меня. Разлука с тобой камнем лежит на моей душе... – отпустив плечи мужчины, Айка прошла к двери, вновь надевая капюшон на голову. — Мне будет не хватать тебя... Я буду молить Аллаха, чтобы он дал нам возможность увидеться вновь. Если ага не погубит, если беда пройдет мимо, мы обязательно увидимся вновь, Шахир.
Мужчина уверенно шагнул к возлюбленной, обхватил ее стройное тело крепкими руками и прижал к себе. Он любил ее и не мог позволить, не мог допустить, чтобы кто-то обидел ее. Его губы отыскали ее, и девушка поддалась ему. Любовь может все, если научиться ей пользоваться. Айка умела. Жизнь научила добиваться всего словом, но если не получалось словом, в ход шла любовь. Шахир был глуп и слишком влюблен, чтобы видеть нрав девушки. Он готов был на все, лишь бы она была рядом, но каждый раз у них не получалось быть вместе. Айка покидала его. Уходила навстречу приключениям и сложностям, но мужчине это нравилось. Он был рад, что его возлюбленная была умной и сообразительной, в то время, как другие девушки не думали ни о чем, кроме семьи и детей.
— Шахир... мне нужно возвращаться, – прошептала Айка в последний раз целуя его губы. — Мне нужен яд... всего лишь бутылек и уже через несколько дней мы будем любить друг друга и день, и ночь, и никто не сможет нам помешать.
— Моя душа рвется к твоей вот уже столько лет. Я так надеюсь, что совсем скоро наши души сольются в одно целое в вечном танце...
— О, мой свет! Мое счастье, я обещаю, что это последний раз, когда мы расстаемся.
Мужчина отошел, какое-то время он искал заветный бутылек, а когда нашел сразу же отдал его Айке. Она бережно спрятала его в рукав и взглянула на Шахира, стараясь говорить, как можно ласковее и нежнее.
— Да пошлет Всевышний нам сил и терпения. – Надевая капюшон проговорила Айка, после чего вышла на улицу и быстрым шагом направилась в сторону дворца.
Ее напугал шум. Она уже подходила к воротам, когда завидела толпу людей с факелами. Они стояли и что-то обсуждали. Пройти мимо незамеченной не получилось бы даже при большом желании. Страх остаться на улице заставил Айку быстро придумать новый план. Если не получалось вернуться во дворец так, как она вышла, стоило найти другой способ. Быстрым шагом девушка направилась вдоль стены, ища еще одни ворота, которые вели прямиком в гарем. Их никто не охранял, потому что девушки даже не думали покидать дворец.
Найдя их, Айка навалилась на них всем весом, чтобы открыть, как вдруг услышала у себя за спиной:
— Она нашла вход! Скорей сюда!
По спине пробежался холодок. Девушка не оборачиваясь кинулась во дворец, по дороге сбрасывая плащ. Она бежала прямиком в гарем, стараясь все же не топать слишком громко, но Ахмед-ага услышал. Он вышел из своих покоев, щурясь. Сонный и помятый. Его глаза не сразу уловили бегущую по коридору фигуру.
— Айка-хатун, стой! – строго скомандовал он, быстрым шагом подходя к ней и хватая за рукав. — Не спится?! Что ты тут делаешь?
— Там... там... – она не могла отдышаться, чтобы рассказать о том, что люди скоро будут во дворце, но Ахмед-ага уже услышал голоса.
— О, Аллах! Убереги... – только и вымолвил он, отпуская руку девушки и быстрым шагом возвращаясь в покои.
— Ахмед-ага, нужно рассказать! Нужно... нужно... – говорила Айка, пройдя за евнухом.
— А откуда ты узнала о том, что кто-то проник во дворец? Что ты делала на улице, когда все спали?
— У нас нет времени, чтобы это обсуждать. Нужно рассказать шахзаде! Я скажу ему! – она хотела броситься бежать, но Ахмед-ага схватил ее за руку.
— Возвращайся в гарем! Я сам со всем разберусь.
Айка кивнула, спеша поскорее вернуться в постель. Она не хотела, чтобы кто-то еще знал, что ночью ее не было в гареме. Но Гульгюн-калфа успела это заметить, и ей нужно было дождаться утра, чтобы рассказать все шахзаде или госпоже.