— Что случилось? Дурной сон?
— Кажется, я слышала голоса... – прошептала она, пытаясь услышать что-то снова, но услышала лишь тишину.
— Все спят. Ночь за окном. Это всего лишь сон, Нурбахар-хатун. – Спокойный голос Османа и его объятия заставили девушку поверить ему, как вдруг за дверью раздался грохот.
Шахзаде резко сел в постели. Любопытство не давало ему сидеть на месте, и он поднялся, направляясь в сторону двери. Нурбахар слышала о том, что люди в городе собирались устроить бунт, в гареме об этом говорили с момента, как султан Ибрахим приболел. Но поверить в то, что кто-то позволит себе пробраться во дворец – не могла. Девушка поднялась следом и подбежала к Осману вовремя. Он еще не успел открыть дверь. Ее руки легли на его ладонь, сжимая ее.
— Шахзаде... а что если там кто-то чужой? — шепнула Нурбахар, прислушиваясь.
— Никто не посмеет пройти во дворец без приглашения. Никто не желает себе неприятностей. — Он тепло улыбнулся, поцеловал Нурбахар в лоб и, отодвинув ее в сторону, открыл дверь.
Первое, что бросилось в глаза шахзаде – отсутствие сулаков. Их не было у дверей. Это насторожило шахзаде, он закрыл дверь, вернулся к постели, хватая халат.
— Нурбахар-хатун, возвращайся в гарем. — Приказал он, надевая халат, но резко одумался. — Стой! Не нужно в гарем. Жди меня здесь и ничего не бойся. Я скоро вернусь.
Нурбахар кивнула, обеспокоенно глядя на Османа. Она не понимала чем вызвано чувство страха внутри, да и все знали, что янычары охраняют дворец и день, и ночь. Кто посмеет покуситься на жизни династии?
Шахзаде вышел из покоев, твердо ступая по коридору, когда услышал крики. Рамля-султан звала на помощь. Осман кинулся бежать на крики, как вдруг столкнулся с Мустафой. Мальчик бежал не разбирая дороги. Он был напуган.
— Мустафа! — Осман опустился перед ним на колени и погладил по плечам. — Иди в мои покои. Нурбахар-хатун о тебе позаботится.
Мальчик понимающе кивнул и поспешил исполнить слова шахзаде, в то время как сам Осман направился на крики Рамли-султан. Сулаков не было поблизости. Они будто бы все в один миг исчезли. Как они могли покинуть свои посты? Почему бросили все без приказа? Что произошло? Взгляд Османа упал на капли крови в коридоре. Страх, что его семье могли навредить перерос в злобу на врагов. Он ускорил шаг, и увидел двух мертвых сулаков, которые раньше охраняли его покои. Если тот кто пробрался во дворец, осмелился на такое, то что он мог сделать с другими? Что правило им? О чем он думал?
Ворвавшись в покои Рамли-султан, Осман схватил саблю, что висела на стене, как украшение и пошел на поиски сестры. Он слышал ее голос, слышал и другие голоса. Их было множество. Они доносились отовсюду. Шахзаде не мог понять, что произошло, но чувствовал, что все это неспроста. Проходя по коридору, он слышал шаги, кто-то спешно шел прямо к нему. Осман в два шага дошел до конца коридора и резко скользнул за угол, вознося саблю над головой. Реакция была быстрой у обоих. Ибрагим-паша ловко отскочил назад, в то время как шахзаде задержал руку в воздухе. Они взглянули друг на друга, после чего паша учтиво поклонился и указал в сторону лестницы.
— Что тебе известно, паша? — спросил Осман, спускаясь по лестнице, но не находя никого в поле зрения.
— Мехмет-паша оклеветал вас, шахзаде. Мои люди на базаре слышали, как некий незнакомец говорил, что шахзаде намерен убить Повелителя, чтобы захватить престол и прийти к власти. Полагаю, что это был он.
— Мехмет-паша?! — нахмурился Осман, не в силах принять такую новость, ведь знал, что тот был Великим визирем, правой рукой и единственным приближенным к султану Ибрахиму. — Разберемся с пашой позже. Нужно подавить мятеж, пока никто... пока еще кто-нибудь не пострадал...
Ибрагим кивнул и спешно направился на шум. В большом зале шел бой. Янычары умело обращались с саблями, в то время, как простые люди полагались на удачу. Рамля-султан стояла у стены, прижимая руки к лицу и с ужасом смотрела на всю картину. От страха она не могла пошевелиться. Ее прекрасное лицо, усыпали слезы. Осман всегда считал дворец местом, где все находятся под защитой, и то что творилось на глазах шахзаде было не только страхом за жизнь своей семьи, но и разочарованием в людях, когда-то склонивших голову пред султаном. В тех кто решил посягнуть на семью султана, на династию, на Османскую империю. Он поднял саблю вверх и ринулся в бой. Шахзаде считал правильным наказать всех, кто позволил себе совершить такую дерзость, всех кто посягнул на спокойствие султана и его семьи. Нет таким людям прощения, нет и спокойствия. Когда мятежники остались в меньшинстве, когда их пламенный дух ослаб, и они решили сложить оружие, Осман приказал поставить их на колени. Янычары исполнили приказ шахзаде в разы быстрее, чем это сделали сами люди. Теперь, когда люди стояли на коленях перед будущим Повелителем, Осман понял всю значимость и силу, которую ему передал отец.