— Как такое возможно, паша? — Ахмед-ага вместе с Ибрагимом и Шахир-агой возвращались во дворец, когда увидели подъезжающую к воротам повозку.
Не раздумывая он направился к воротам, которые прямиком вели в гарем. Ибрагиму нельзя было там быть, но другого выбора не было. Он впервые не мог попасть во дворец, который совсем недавно являлся его домом. Теперь он не только понимал, но еще и разделял чувства, которые испытывал султан Осман, вернувшись домой. Но ведь султану было больнее. Он привык быть по другую сторону от народа, хоть и близко, а теперь ворота были заперты. Шахир-ага раскрыл их, взглянул по сторонам, боясь, что их заметят, в то время, как Ахмед-ага поспешил вперед, чтобы разведать и узнать, где находится Сафие-султан. Плохо будет, если она заметит мужчину в гареме.
— О, Аллах! — воскликнул Ахмед-ага, увидев Сафие-султан, прогуливающуюся в компании своих служанок.
Она сразу же перевела взгляд на семенящего к ней евнуха и прищурилась, выставив перед собой трость, поблескивающую на вечернем солнце. Служанки, словно свора диких псов принялись осматриваться. Повезло Ибрагиму, что он не сам отправился во дворец, иначе его бы уже давно поймали. Он пригнулся и шагнул в сторону кустов, на которых совсем увяли розы, которые никогда прежде не выглядели так. Также будет и с людьми, если к власти придет Орхан-бей. Но не бывать этому! Так или иначе, но Ибрагим возьмет контроль в свои руки, пока султан Осман находится далеко от дома.