Но даже у такого любителя Природы, как я, пора отдыха и размышлений не может длиться вечно. Время не ждет! Пора поторопиться, а то сядет солнце, и наступит, если я ничего не путаю, темнота. До заката надо построить хижину, сшить одежду, запастись орехами, да и вообще подготовиться к зиме, которая тут, в лесу, может наступить неожиданно — буквально посреди лета.
Вскочив на четвереньки, я принялся за дело. Я собирался последовать примеру бобров, которых учила строить хатки сама Природа, а также пампасских гаучо, родезийских готтентотов и других дикарей. Нужно было всего лишь выбрать подходящую купу деревьев и подгрызть их зубами так, чтобы каждое бревно свалилось прямо на место, предназначенное ему в готовой постройке. Таким образом, мы получаем стены, а следующий ряд деревьев подгрызаем так, чтобы они, упав, образовали крышу.
Я ударился в работу и уже через полчаса удовлетворенно обозрел почти готовое жилище и с новыми силами набросился на стволы, когда вдруг услышал из-под куста низкое ворчание. По-звериному опасливо я отскочил за дерево и рявкнул в ответ. В кустах зашевелилось что-то большое, по-видимому, медведь. Судя по шуму, он явно подбирался ко мне, намереваясь напасть! Яростный восторг охватил меня, трико ощетинилось от холки до пят. Я испустил предупредительный рык и оскалил зубы, перебирая задними ногами. Ну подойди, подойди! В честной схватке побеждает тот, кто бьет первым, поэтому, как только медведь высунется из кустов, я накинусь на него и откушу передние лапы — одну за другой! Уверен, этот маневр принесет мне мгновенную победу.
Кусты раздвинулись. Мелькнуло длинное бурое тело, лохматая голова, и дикая тварь выскочила наружу и припала к ближайшему стволу. Господи боже мой! Да это не медведь! Человек!
Одетый, подобно мне, в одно лишь трико и вымазанный коричневой краской. Волосы длинные, спутанные, лицо заросло двухнедельной щетиной.
Еще минуту мы, порыкивая, мерили друг друга взглядами. Потом незнакомец с недовольным возгласом встал на ноги.
— Да бросьте, — сказал он. — Поговорим по-людски.
Он подошел ко мне, с явным отвращением сел на бревно и огляделся.
— И что вы тут делаете?
— Строю хижину.
— Это я заметил, — кивнул он. — А вообще — приехали-то зачем?
— Ну как же… — начал я. — Понять, сможет ли человек прожить в лесу в одиночку, без помощи и поддержки, своими силами, и умом, и…
— Ясно, ясно, — перебил меня мрачный собеседник. — Слиться с дикой природой и жить, как пещерный человек, беззаботно, вдали от проклятий цивилизации.
— Именно так, — с возрастающим энтузиазмом подтвердил я. — Именно за этим я и приехал; пищей мне станут дикие травы и коренья, коими Природа так щедро одаривает своих детей, а питьем…
— Знаю, знаю, — опять перебил меня человек. — Питьем — вода из ручья, постелью — охапка свежей травы, а пологом — темно-лиловый небосвод, усыпанный сияющими звездами. Знаю.
— Господи! — воскликнул я. — Точь-в-точь мои мысли! Да что мысли — даже фразы! Как вы смогли все так верно угадать?
Незнакомец лишь потерянно махнул рукой.
— Угадать! — сказал он. — Знаю, потому что сам такой. Я здесь уже две недели, тоже в дикаря заигрался. Все, сыт по горло! А это вообще выбило меня из колеи.
— Что? — не понял я.
— Что, что — встреча с вами! Да будет вам известно, вы девятнадцатый за последние три дня! И все в трико, и все бегают по лесу! Ступить некуда!
— Быть не может! — ахнул я.
— Может. Куда ни глянь, везде полуголые люди, и каждый мнит себя лесным жителем. Зайдите поглубже — тут же наткнетесь на объявления:
«ГУЛЯТЬ ГОЛЫШОМ ЗАПРЕЩАЕТСЯ»
«РАЗДЕТЫМ В ЛЕСУ НЕ МЕСТО»
«ПРОСИМ ЛЮДЕЙ В ТРИКО ДЕРЖАТЬСЯ БЛИЖЕ К ШОССЕ» — ну и так далее. Видимо, вы вошли с другой стороны, а то бы заметили ларьки, которыми застроена опушки всех лесов Новой Англии. Их вывески гласят: «Трико — покупаем, продаем», «Прокат и продажа фотоаппаратов», «Лучшие цены на сброшенную одежду» и все в том же духе.
— Нет, — признался я. — Ничего такого я не заметил.
— Значит, наткнетесь на обратном пути. Что до меня — я умываю руки. Надоело. Возвращаюсь в город, чтобы выяснить, смогу ли я выжить в самом сердце цивилизации, зарабатывая на хлеб собственной головой и неумелыми руками. Эта будет посложней, чем без толку шататься по лесам. Здесь все слишком просто. Так что всем привет, я выхожу из игры.
— Минуточку! — взмолился я. — Если все, что вы говорите — правда, почему же я с самого утра никого не видел и не слышал?