Я напряглась, подозревая, что он говорит о том случае, когда меня арестовали вскоре после его исчезновения три года назад. Мне нечем было себя оправдать, а потом вспомнила, меня не должно волновать, что он думает обо мне.
– Смотрю, ты много чего обо мне слышал, – заметила я.
– Я проинформирован обо всех катастрофах, что происходят в Нью-Йорке.
– Буду знать, что нахожусь на одном уровне с ураганами и террористическими атаками. – Я перешагнула через банановую кожуру. – Итак, какими же ветрами тебя принесло к нам из…?
– Сиэтла.
– Хорошо, из Сиэтла?
– Дела.
– Безответный мужчина, – пробормотала я.
– Немногословный, – поправил он.
Кристиан поймал мой взгляд своим, когда мы дошли до его машины, и от одного только его взгляда мое сердце начало совершать кульбиты. Я так давно его не видела. Вот только мурашки на моем затылке подсказывали, что он видит меня далеко не первый раз за эти три года. Хотя, если бы он был в Нью-Йорке или где угодно поблизости от меня, я бы его заметила. Электрическое поле между нами всегда начинало гудеть, стоило ему только приблизиться ко мне. Беспокоило меня только то, что на том конце поля поджидал тигр, готовый наброситься на свою добычу.
Я сглотнула и села в машину.
Пространство наполнилось спертым от напряжения воздухом, стало тяжелее дышать. Ощущение было такое, словно он вот-вот меня коснется… или ударит. Мое доверие к этому человеку находилось в глубоком минусе, и по венам растеклась нервозность.
«Надо было с тем, в кроссовках, счастья попытать».
– И… надолго ты сюда? – спросила я.
– А что? Будешь дни считать?
– Вы так хорошо меня знаете, офицер, нам впору участвовать в игре для молодоженов. – Я начала наносить блеск для губ, просто чтобы чем-то занять руки.
– Думаю, в правилах прописано, что участники должны знать друг друга по имени, – сказал он.
– А ты всегда любишь следовать правилам, не так ли, Кристиан?
Он посмотрел на меня так, что я сразу вспомнила пламя в его глазах в тот момент, когда сидела голая на его раковине, раздвинув ноги. Я отвела взгляд и попыталась успокоить свое бешено стучащее сердце.
Аллистер отвез меня домой, не спросив адреса, но я даже не удивилась. Он всегда знал все, что знать ему было не положено.
– Где же твое кольцо? – протянул он, бросив взгляд на мой палец. – А я-то думал, что этот брак точно будет долгим. – Он издевался надо мной.
Если бы он не бросил меня тогда голой в своей постели, я бы сейчас не была замужем. Все было бы иначе, если бы он остался. Но он не остался. Ему было плевать. И теперь, спустя годы, я начала его за это презирать. Он не хотел меня и показал это кристально ясно, но при этом имел наглость измываться над моими жалкими и несуществующими отношениями.
Мой муж, Ричард, был в три раза меня старше. Он был самым старым из всех мужчин, из которых я могла выбрать мужа, так что, естественно, именно его я и выбрала. Слишком старый, чтобы поднять на меня руку и, как бы жестоко это ни звучало, ближе всех остальных к могиле.
– Есть идея: давай ты сэкономишь нам обоим кучу времени и не будешь притворяться, будто тебе не плевать?
– Ну кому-то же должно быть. Впрочем, не удивлен, что твой муж один из самых богатых подчиненных Туза. Вероятно, так брак становится терпимее.
Я издала горький смешок и отвернулась к окну.
– Иди к черту, Аллистер.
Глава десятая
Джианна
– Он намекнул, что я алчная сука, – пожаловалась я Вал, снимая с глаза кружочек огурца и откусывая его. – Эти огуречные штуки вообще имеют хоть какой-то эффект?
– Да, но для этого тебе надо попытаться их не есть, – сказала Вал, подхватывая тарелку со свежими ломтиками и протягивая ее мне. – Нет, серьезно, ну что за мудак! Как будто ты хотела выходить замуж за это старичье.
– Вот именно, – вздохнула я и запихнула в рот ломтик огурца.
– Ты вообще можешь представить, что было бы, если бы ты выбрала кого-то другого из людей Туза? Да ты бы уже третьего ребенка вынашивала. – Ее передернуло. Сама Вал пока что умудрялась избегать аналогичной участи со своим мужем Рикардо, но только потому, что боролась с бесплодием. Ну, по крайней мере, так она утверждала.
– Может, мне и стоило… выбрать другого. – Слова вырвались и напугали меня не меньше, чем Валентину. Мой брак был фикцией, но по сути я по прежнему оставалась скована и неспособна завести настоящую семью. Иногда мне казалось, что я начинаю желать от жизни большего.
– Что? – в голосе Вал звучало недоверие. – Ты же сама в это не веришь.