Двери лифта начали закрываться, но в последнюю секунду их придержала рука. Кристиан вошел в лифт.
Поднял взгляд и столкнулся с моим.
Я напряглась и отошла в сторону, предоставляя ему гораздо больше пространства, чем было необходимо. Его тяжелая аура тянулась на метр в диаметре, и последнее время я старалась держаться от нее подальше. Там ждала воронка из бешеного сердцебиения и пошлых мыслей. Не говоря уже о том, что он был таким сексуальным и раздражающим, что чем ближе я к нему подходила, тем сильнее мне хотелось вонзить зубы в мышцу на тыльной стороне его руки.
Мы оба уставились на закрывающиеся двери. То, как сильно я хотела, чтобы вошел кто-то еще, можно было почувствовать. Никто не вошел.
Как я уже сказала, квартирные боги меня ненавидели.
– Я не кусаюсь, – раздраженно сказал он.
– Врешь.
Он бросил на меня взгляд и медленно улыбнулся той самой улыбкой, какой обычно улыбаются плохие парни, успешно укравшие у кого-то девушку. Под кожей разлилось тепло, покалывающий жар, спустившийся до самых кончиков моих пальцев.
– Ладно. Я не кусаю женщин в лифтах.
– Продолжайте себя этим утешать, офицер.
На нем была футболка с длинным рукавом и спортивные штаны, и по легкому блеску пота на коже было понятно, что он только что из спортзала. Он ходил туда каждый день. Даже по воскресеньям. Еретик.
Стоя немного позади него, я залюбовалась открывшимся видом. Могла поклясться, что этот мужчина состоял исключительно из широких плеч и гладких мускулов, линии которых были видны даже под футболкой. Тонкая линия резинки от «Кэлвина Кляйна», виднеющаяся над штанами, тут же направила мои мысли в неприличное русло.
Я сглотнула.
– Приятель, солнце еще не зашло.
– Я все ждал, когда же ты подашь на меня жалобу. Понимаешь, если я занимаюсь днем, то ночью у меня остается больше времени на совращения. Сама понимаешь, нельзя же разочаровывать всех тех приличных девушек.
От мысли о том, что он спит с другими женщинами, у меня внутри все сжалось. Как, впрочем, не могла я остановить и волну раздражения каждый раз, когда Валентина даже вскользь упоминала имя Александры. Ее лицо меня раздражало, а от вероятности того, что ее французский маникюр касался Кристиана, в животе жгло. Боже, может, у меня язва? Я сделала мысленную пометку записаться к врачу.
– А вот тебя я в спортзале еще ни разу не видел, – отметил он.
– Это потому, что я не бегаю, если только за мной не гонятся.
Двери открылись, и я вышла из лифта, задев Кристиана каждой из своих сумок по дороге.
– Главное, держись подальше от бассейна, и все у нас будет в порядке. Сечешь?
– О да, – сухо ответил он. – Я бы ни за что не посмел помешать тебе валяться на шезлонге с чистильщиком бассейна на побегушках.
– Осторожнее, Кристиан. – Я надула губы. – Будешь говорить мне такие милые вещи, начну думать, что тебе нравлюсь.
– Dormiste con ella, tú cerdo!
Шлепок.
Чад перехватил летящую в его лицо пощечину, схватив жену за руку.
– ¡Fue un accidente, querida!
Я фыркнула.
– ¿Un accidente? Tu polla no se deslizó dentro de ella, idiota! – Хлоя влепила ему еще одну пощечину свободной рукой.
Я подскочила от раската грома, сотрясшего здание. Положив иглу и нитки на пол гостиной, где сидела, я поднялась на ноги и подошла к окну. Небо было темным, огни города мерцали на фоне угрожающе надвигающихся облаков.
В это время Хлоя и Чад уже срывали друг с друга одежду и клялись в вечной любви.
Я переключила канал.
Прогноз погоды был продублирован на испанский, но мне не нужно было даже пытаться перевести слова ведущего, так как красное облако, пожирающее Манхэттен на экране, выглядело весьма однозначно.
Я стояла перед телевизором в футболке оверсайз и шортиках с кружевами, пережидая ледяную волну тревоги, прокатившуюся по всему телу. Я не любила грозы, они были разрушительными и непредсказуемыми. Во время них я чувствовала себя маленькой, слабой девочкой.
Нерешительно сев обратно на пол, я вернулась к платью, которое подшивала. Гром заворчал в небе, и я уколола палец иглой. Раздраженно бросила вещи обратно на пол. Сделала глубокий вдох.
Это всего лишь гроза. Ничего страшного.
Мое сердце чуть не выскочило из груди, когда за окном ударила молния, и в этот момент выключился свет. Все фонари на улице мигнули и погасли.