Наша решимость дошла до того, что всё оставшееся время Второго Раунда мы дали роботам настоящую войну. Мы теперь охотились за ними, нападали, заставляли их стрелять в нас в тот момент, когда мы были рядом с их товарищами. Скоро мы различили, что у роботов есть несколько типов. Больше всего шалтаев-болтаев и маленьких "стрелялок" на гусеничном ходу. Роботов с клешнями — раз-два и обчёлся. Но когда мы нашли второго такого робота, мы решили по-настоящему развлечься. Так как его снаряды были особенно опасными и разрушающими, мы пустили их на то, чтобы разрушить остальных роботов, а также стены.
Когда в стене образовалась очередная дыра, мы вбежали в неё и снова увидели роботов. За нами по пятам бежала "Клешня", вошедшая в раж и стреляющая во всё без разбору. Мы с Удавом замерли возле шалтаев-болтаев, приготовились отпрыгивать в стороны, как вдруг... Всё затихло, замерло и снова погас свет.
На всякий случай мы перешли в положение лёжа и расползлись по сторонам. Кто знает, что ещё за подлянка? Сердце бешено стучало, в горле почти не оставалось воздуха. Я готова сражаться здесь дальше на пределе сил. И внезапно всё закончилось. Стало тихо и как-то даже не по себе. Потом мы услышали голоса.
— Всё прекратилось? Это правда? Всё закончилось? — это была Джейн. Её голос приближался. — Это какой-то кошмар! Кто-то обязательно должен заплатить!
Там было отчаяние, гнев, страх... Что тут случилось!?
— Я согласен... — усталый голос Пита.
— Ведьма! Сыщик!!! — что было мочи крикнула я. Уже не заботясь, что нас могут услышать роботы.
На этот крик ушли все мои силы. Тело страшно болело и ломило. Ещё горели те места, куда попали выстрелы от "лазеров". Я приподняла только голову, но поняла, что не встану, и снова положила свою черепную коробку на пол.
— Сорвиголова!!! — почти непродолжительного молчания крикнули ребята. — Где ты?
Удав нашёл в себе силы залихватски свистнуть. Мы услышали робкие шаги. Джейн первая нашла меня, легла рядом, крепко сжала руку:
— Я, конечно, понимаю — война, всё такое, подготовка к встрече с инопланетными захватчиками. Но это уже перегиб. Они ранили Джулию! Джулия с нами, она у Пита.
Тут же я услышала обеспокоенный шёпот Сыщика и что Удав ему говорит что-то ободряющее.
— Что?! — испугалась я. — Что с Джулией?
— С ней всё будет в порядке, — откликается Удав.
— В неё попали эти твари! Почти сразу, — объяснил Пит.
Мы с Джейн подползли к ребятам. Зажёгся свет, мы увидели Джулию, которую держал Пит. Агент 002 была бледна. Как Пит и Джейн. Мы с Антонио тоже побледнели.
— Она живая, это главное, — совсем невесело проговорил Антонио. — Видимых ран нет. Болевой шок, наверное, либо сотрясение. Я не патологоанатом...
— Типун тебе на язык! — шикнула Джейн. Антонио, видимо, перепутал слова "патологоанатом" и "врач". — Я проклинаю Круэллу Люциус. Хочу, чтобы её изрешетили в решето. Прямо сейчас.
— Ты знаешь, я это сделаю. За Джулию, — поддержал её Антонио.
Мы с Питом переглянулись, я проговорила:
— Если Джулия ранена — кто-то ещё может быть ранен.
Похоже, эта мысль только что пришла в голову ребятам. Джейн испуганно посмотрела на меня:
— Мы дрались по парам. Нас объединили в троечку, потому что нечётное количество. Но мы не видели остальных, мы не знаем. Я бы хотела запустить сюда Круэллу.
— Вы видели, куда её ранили? Ведьма, ты осматривала её? У кого-нибудь есть вода? — Антонио был всерьёз обеспокоен состоянием Джулии.
Меня растрогало то, как он проявил соучастие и ответственность по отношению к раненой коллеге, маленькой девочке, которую едва знал. Сейчас он бережно держал Джулию на руках, поддерживая голову.
— У тебя есть Вода, — вздохнула Джейн. Ситуация с Джулией сильно расстроила и разозлила её. Я поддерживающе сжимала её руку.
Пит начал объяснять, как он увидел Джулию, когда она уже лежала, а рядом с ней стоял робот. Мы с Джейн слушали рассеянно. Антонио не слышал ничего. Он был поглощён вниманием к Джулии, словно впал в транс. Через несколько секунд Джулия зашевелилась и закашлялась. Джейн первая рванула к нашей маленькой подруге:
— Джу, ты жива! Мы отомстим за тебя, я это так просто не оставлю! — Джейн прижала Джулию к себе, почти вырвав её у Антонио. Это было, наверное, мило.
Джулия проговорила тихо:
— Не надо никому мстить. Не нужно плодить ненависть и войну. Нас готовят не для этого... Хуже, если мы уподобимся нашим врагам. Я сама виновата, была невнимательна.