— Альберт, ты безнадёжный идеалист и романтик, — засмеялась Инга.
Её звонкий и при этом тихий, нежный смех поверг Альберта в состояние высшего блаженства:
— Тот, кто идеалист и романтик, тот, кто верит, что в нашем страшном мире можно по-прежнему надеяться на чудо, и что чудо придёт — тот притягивает это чудо. Закон притяжения!
— Деньги притягивают деньги.
— Не надо о деньгах, Инга. Давай говорить о Любви. Любовь притягивает Любовь. Забудем о деньгах!
— Как мы можем забыть о деньгах? Нам нужно платить по счёту. Если мы забудем — официант, шеф-повар, администраторы ресторана останутся нищими, бедными, им нечем будет кормить их семьи!
— Ты понимаешь, что я имею в виду. Деньги — это тоже Любовь, когда они становятся инструментом любви. На деньги можно сотворить множество прекрасных вещей, вложить их в прекрасные предприятия, сделать лучше жизнь людей.
— Деньги — это любовь. Любовь — это деньги, — улыбнулась задумчиво Инга. — Готов ли ты, Альберт, заплатить за любовь своей жизнью?
— Если так случится, что моя смерть сделает мир лучше, принесёт ещё больше любви и прекрасного — да, конечно. Но я надеюсь умереть, завершив свой длинный путь на Земле достойно, сделав много добрых дел. Мне даже не обязательно видеть результат. Я хочу ощущать, что я творю добро, что я творю любовь. Прекраснее этого нет ничего на свете!
***
Когда Чёрный Кот ушёл сегодня вечером по своим делам, Синтия осталась в номере гостиницы. Она сегодня тоже должна была идти на встречу с Питом, но поссорилась с ним. Синтия с трудом сдерживала раздражение, когда поняла, что Пит подкатывает к ней только ради встречи с Чёрным Котом. Она вспомнила, как эта парочка – Питер и Клотильда — использовала её в прошлом году. Вроде они её спасали, заставляли доверять себе… А потом оказалось, что она должна позволить использовать своё тело, чтобы в него вселился дух! И после всего этого Питер и Клотильда исчезли из её жизни, будто и не были друзьями. И как ловко Пит объявился в её жизни сейчас, как раз тогда, когда она познакомилась с Чёрным Котом.
Чёрный Кот — незаурядная личность, и он наверняка нужен если не Питеру и Клотильде — то точно тем, на кого они работают. В том, что ребята работают на тайную организацию, Синтия не сомневалась. В прошлый раз ей довелось пообщаться с мрачным типом по прозвищу Грифон, от которого кровь стыла в жилах. Да и в этот раз Пит упоминал о коллегах, у одного из них ещё кошмарное "змеиное" прозвище. Бр-р-р. Синтию передёрнуло от воспоминаний встречи с чудовищем под землёй. Пит тогда её снова спас, и Синтия на эмоциях и адреналине была готова снова начать в него влюбляться.
Но сегодня Пит перегнул палку. Он позвонил ей днём, начал настаивать на встрече, на том, чтобы Синтия пришла на эту встречу со своим парнем. И Синтия взбрыкнула. Она высказала Питу всё, что о нём думает, потребовала, чтобы он больше ей никогда не звонил.
В её отношениях с Чёрным Котом полное взаимопонимание, и при этом куча недоговорённостей. Взаимопонимание давало преимущества: и Синтия, и Чёрный Кот оставляли себе право на частную жизнь. Они влюблены друг в друга, их тела и души повергались в дрожь во взаимном присутствии — и при этом они совсем не растворялись друг в друге. Они не стали жертвой ловушки, в которую попадают многие влюблённые: "мы с тобой одно целое, мы с тобой всё должны делать только вместе". Синтия Грасс и Чёрный Кот по умолчанию без слов договорились, что они друг другу никому не должны.
После ухода Чёрного Кота вечер тянулся медленно. Чем ближе к ночи, тем больше Синтия начинала жалеть, что так отшила Пита. Всё-таки Питер и Клотильда — ребята бывалые. Что, если они могут помочь Чёрному Коту?
Она знала, что Чёрный Кот сильно пострадал, в течение многих лет был жертвой. А потом он встретил кого-то, кто его направил на путь истинный, научил тому, что он умеет. И Чёрный Кот решил устроить вендетту, призвать к ответу того негодяя. А ещё в память о своём отце он принял на себя миссию супергероя, народного мстителя. Синтии страшно потерять Чёрного Кота. Она бросила прежнюю жизнь, и если с Чёрным Котом что-то случится — она не готова возвращаться. Ей пришлось бы снова становиться маменькиной дочкой, выслушивать бесконечные нотации, жить так, как угодно её маме. Синтия подумала, что она готова на многое, лишь бы Чёрный Кот не подвергал себя той опасности, на которую шёл.
Он пришёл, когда началась ночь. Выглядел взъерошенным, взволнованным.
— Синтия, как я рад, что с тобой всё в порядке, — оглядев её с ног до головы, он шагнул к ней и заключил в объятия.
Синтия почувствовала, что он хватается за неё как утопающий. В этих объятиях было больше отчаяния, чем страсти. Замерев, она шёпотом спросила: