Как их назвал Кот в Сапогах? Карамелия и Локан? Я увидела, что они стоят особняком, в стороне, скрестив руки на груди. И наблюдают за всеми нами, будто смотрят цирковое представление. Мне не понравился сощуренный колючий и нехороший взгляд Карамелии. Локан не выражал никаких эмоций, просто стоял и смотрел, и от этого становилось неуютно. Потом я увидела, что к ним подошла Аманда и принялась с ними говорить. Стало чуть спокойнее — Аманда наверняка загладит неприятное впечатление, которое они получили, когда мы сорвались и проучили-таки придурошную Круэллу. Но не понравились мне эти люди, ох не понравились почему-то. Даже Кот В Сапогах, который мне несколько дней назад угрожал, казался на их фоне этаким весёлым дяденькой-клоуном.
Когда появился босс — я не сразу заметила. Мы все продолжали общаться в этом зале, поздравлять друг друга с победой, с повышениями и с тем, что всё закончилось благополучно. Майло деликатно стоял чуть в стороне. Удивительно, что к нему никто не подходил. Он словно превратился в человека-невидимку для всех, кроме меня. Возможно, так и есть. Когда наши взгляды встретились, он жестом попросил меня подойти.
— Пойдём-ка поговорим, — предложил он.
Он умеет делать предложения, от которых нельзя отказаться. Я ведь со вчерашнего вечера хотела поговорить с ним. Я вопросительно посмотрела на босса:
— Ноль-ноль-третьего и ноль-пятнадцатого звать?
— Нет. Только для твоих глаз, агент ноль-ноль-один.
О, а вот это интрига! Мы вышли, удалились на достаточное расстояние от галдящего зала, в тихую комнату.
Конечно же, на столе стоял горячий кофейник со свежезаваренным какао и пара чашечек.
— Надолго тебя не задержу. Знаю, тебе нужно собираться на раут к Альберту Брэдлу и наверняка хочется пообщаться с друзьями. Я вызвал тебя, чтобы поблагодарить.
— Меня?! За что? — ошалела я.
Майло как всегда спокоен и невозмутим. Наливает себе какао, откидывается на спинку кресла, начинает пить. На меня почти не смотрит. Я тоже наливаю себе какао, изрядно сбитая с толку.
— Ты очень помогла Чёрному Коту.
— Э... это тот фокус, вроде целительства, с энергией "ци" что ли? Или...
— И это тоже. Ты помогла ему помириться — это главнее.
— Помириться с тобой?
— Нет. С самим собой. Так уж случилось, что ты оказалась единственной, к кому он прислушался. Я знал, что будет именно так, поэтому и послал тебя к нему.
— Но мы с ним до вчерашней ночи виделись всего один раз в жизни, да и вряд ли ещё увидимся. Вряд ли уж я так на него повлияла.
— Повлияла. Иногда достаточно в жизни всего на пару минут встретить нужного человека. Который скажет нужные слова и поведёт по отношению к тебе и к ситуации нужным образом. И вот в тебе уже что-то изменилось. А то что вряд ли ты его увидишь — тут я сильно сомневаюсь, — в глазах Майло была добрая хитрая усмешка.
— Почему ты так в этом уверен?
— Потому что ты потеряла сознание, а Чёрный Кот так и не поговорил с тобой. Он непременно это сделает. А ещё потому что у него твой номер телефона.
— Эй! Это уже каким-то сводничеством попахивает, — проворчала я. — И вообще, у него есть уже девушка, которая вправляет ему мозги. Это Синтия. Не будь её — мои слова бы для него ничего не значили. Он бы послал меня! Кстати, что там с Синтией?
— Всё в порядке. Она с ним.
— Ты ведь хотел завербовать её, — сощурилась я.
— Хотел. Но не стану.
— Это ещё почему? Знаешь, Майло, я уже не считаю это плохой идеей. Она из серии — глаза боятся и вопят, а руки делают. Но вот из-за того что глаза боятся — притягивает к себе неприятности. Она, если так с ней основательно поработать, смелая вообще-то. Любит острые ощущения. Совсем как я, да!
— Я хотел завербовать её не из-за острых ощущений. Её медиумические способности очень сильны. Такой человек помог бы связаться с духами тех, кого я знал раньше, с кем мы начинали войну против Люци. С Кристофером Эйкродом.
Я вспомнила старого погибшего Охотника. Два года назад мы с Джейн лично познакомились с его призраком. Он указал нам, где взять его книгу-дневник, в которой он описывал достоверную информацию и секретные сведения про планету Люци, про их тактику и стратегию. Именно из этой книги мы знали о войне, которая случится через два года, о пришествии сюда Люцифера.
— Я не хотел её использовать, конечно же. Но её медиумизм пригодился бы нам.