Я перевела вопросительный взгляд на Рома:
— Ты старший от Великолепной Шестёрки, Джулия — старшая от Третьей Шестёрки, вы с ней были на этом совещании. А кто был от Знака Вопроса?
— Картограф. И у меня не получилось с ним пересечься и обсудить эту тему. Картограф нервничал, в отличие от Джулии, которая была спокойна как слон. Я хотел поговорить с ним, но нам было объявлено, что правила вступили в силу, и что нам — трём командам — нельзя коммуницировать. Для чистоты эксперимента и всё такое, что мы теперь типа "враги".
— Карамба... Ребята из Знака Вопроса самые юные из нас, их нужно поддержать! — забеспокоилась я.
— В том-то и дело, — вздохнул Ром. — Их поставили в такое положение, мол, разбирайтесь сами, хочешь жить — умей вертеться. За последние несколько дней и даже недель у меня не было возможности позаниматься с ними, о чём я корю себя. Надо было психологически настроить их, замотивировать.
— Ребят, всё с ними будет нормально! Я уверена, они придут к той же мысли, что и мы. Они молодцы, — Джейн попыталась заразить оптимизмом.
— Вам повезло, что вы задержались, да ещё и пришли сюда вместе, — подчеркнул Пит. — И повезло, что не встретили никого из жюри, а то бы вас разделили. И Удав бы не стал нашим связником с Третьей Шестёркой.
В дверь настойчиво стали ломиться. Но ведь Пол закрыл её изнутри. И правильно сделал! Мы услышали строгий голос Феликса Гистона, нашего коллеги:
— Шестёрка, подъём. Всех просим в актовый зал на минус четвёртом.
Мы на миг замерли, испуганно смотря на дверь. Ром и Пол хором крикнули:
— Мы выходим! Догоняем!
Эллен пояснила шёпотом мне и Удаву:
— Феликса я уважаю как коллегу. Но иногда он перегибает палку. Он входит в состав жюри. И инсайдерская информация такова, что он настроен кого-то уволить — как минимум одного из нас. Ещё есть информация, что так настроена большая часть жюри. Удав, побудь здесь несколько секунд. Держи термостат и бинокль Демоуса, — моя кузина протянула Антонио изоды. — Наверняка знаешь, как ими пользоваться, не первый день в ТДВГ. Когда никого не будет, выскользни.
Далее Эллен кратко объяснила, где лифт, как спуститься на минус четвёртый и куда дальше. Удав выглядел приободрённым — ещё бы, такая поддержка! Я же злилась на жюри, на боссов, на эти дурацкие правила — из-за них я не имела возможности нормально поздороваться с Джулией и Лорой! Помахав Удаву, мы осторожно вышли из Кабинета Шестёрки и гурьбой двинулись в сторону гаражей, решив спускаться по лестницам — в лифты сейчас точно не пробиться.
По лестнице кстати спускались не только мы. Через несколько пролётов мы упёрлись в спины наших коллег. Бодрой толпой дошли до минус четвёртого. Оттуда прошли в одну из дверей, ведущих в громадную аудиторию, которая напоминала большой концертный зал на несколько тысяч мест. К нашему удивлению, почти все места заняты, и нам пришлось сесть чуть ли не под потолком! Сходство этой огромной аудитории с концертным залом усиливалось ещё и тем, что она погружена в мрак, свет горел из ограниченного количества лампочек. Зато подсвечивалась небольшая сцена с длинной кафедрой, за которой сидели люди. Издали и с высоты я узнала Аманду, Лонду, а остальных не узнала. Скорпиона там не было.
Пара наших коллег настолько великодушна, что пододвинулась и пересела на другие места, чтобы мы имели возможность сесть в ряд вшестером. Прошло ещё время, подтягивались коллеги, занимали свободные места. Мы не разговаривали, потому что не разговаривал почти никто — акустика здесь потрясающая. Лишь изредка мы слышали, как кто-то спрашивал шёпотом что-то у соседа. И шёпот, каким бы тихим он ни был, слышался аж с первых рядов!
Против своей воли мы заволновались. Даже всегда спокойные Ром и Эллен сидели со сжатыми губами, ожидающей улыбкой и бледнее, чем обычно. Джейн и Пол, как самые подвижные из нас, никак не могли усесться, елозили на сиденьях, Джейн то клала одну ногу на другую, то другую на одну, Пол вертелся туда-сюда и легонько постукивал подушечками пальцев по поручням. Если бы он постукивал не легонько — его бы слышали все. Мы с Питом тоже себя ощущали не в своей тарелке. Попытались передать друг другу что-то жестами: я попыталась спросить у Пита, не говорил ли он со Скорпионом про Чёрного Кота, но Пит не понял мои гримасы и попытки изобразить скорпиона пальцами и ладонями.
Ну очень ответственное и волнительное собрание! Мы поражены, что у нас столько коллег. И это наверняка далеко не все агенты! Например, тот же Удав прибыл из Танреса в единственном лице, а в Танресе наших агентов несколько десятков. Кстати, где сам Удав, дошёл ли, не заблудился? Но в такой полутьме и толпе коллег его не разглядеть.