Ром оказался без пары, подобно сапожнику без сапог.
— Нам срочно нужен агент 018, — проговорил он.
Феликс "обрадовал":
— Агент 004 будет стоять в спарринге лично со мной. Я лично проверю ваши навыки, ноль-ноль-четвёртый.
Я искренне посочувствовала Рому и шепнула:
— Мы найдём тебе 018-го. Я сама завербую, только для твоих глаз, дружище Поджигатель.
— Разговорчики! — прошипел Феликс. И гаркнул: — Расходимся! Начинаем по звонку! Быстро, шевелись, шевелись!
Совсем как в армии! Я не служила в армии, но мне в тот момент показалось, что там также. Тут же я вспомнила содержание его доклада на БГС. Он много говорил про дисциплину.
— Я знал, что ты не посмеешь не вытянуть жребий с моим номером! — Удав встретил меня с почти распростёртыми объятиями. Почти — потому что настоящие объятия бы означали точно минус 100500 баллов.
И тут меня осенило — Удав дерётся в 100500 раз круче меня! В последний раз, когда мы с ним дрались в дружеском поединке в лесу в окрестностях Танреса — он меня чуть не прибил. В фигуральном смысле, естественно. Он играючи расправлялся со мной так, что если бы делал это не играючи — я давно уже была бы трупом. Я потом долго приставала к нему, чтоб он показал мне несколько приёмов и обучил драться также хорошо. Но времени и случая не представлялось — я же потом уехала в Укосмо! И вот прошло два с половиной месяца, и мы на ринге.
Мне стало малость страшно. Сейчас Удав меня разделает. А если начнёт поддаваться — это будет смотреться крайне неестественно и жюри что-то заподозрит. Он ведь почти на полторы головы выше меня, старше по возрасту на шесть лет и в разы опытнее.
— Эй, расслабься, Сорвиголова, я ведь не хрустальная ваза, — усмехнулся он, видимо, заметив моё напряжение.
— Знаю, так и я тоже! Только попробуй поддаваться, — проскрежетала я шёпотом сквозь зубы, и как раз раздался звонок — такой оглушительный дззззззззииииииииинь!!!
— Поддаваться?! Я?! Ты за кого меня принимаешь? У нас тут экзамен или как?
— Разговорчики! — рявкнул снова Феликс, как нам показалось, не на нас, а на шумевших Джейн и Лору, которые с гиком подбадривали друг друга и подпрыгивали как две резвящиеся амазонки.
— Как жаль, что нам не дают поговорить нормально, — вздохнула я.
Мы с Антонио между тем разошлись.
— Я уверен, что наша драка будет не просто нормальным, а прекрасным разговором!
— Ах, ты хочешь подраться?
— Ты сама хочешь, я же вижу! — поддразнивал он.
Тут же мой страх перед тем, насколько он сильный и опасный противник, ушёл. На его место пришло безграничное доверие и желание наслаждаться моментом. Доверие к Антонио было отголоском того, что я знала о нём и чувствовала по отношению к нему. А знала я, что он всегда будет помогать мне, даже в ущерб себе. Откуда это знание? В тот раз он был готов пойти против родного отца, товарищей и воровской гильдии, чтобы помогать мне и ТДВГ. И пошёл бы, если б в последний миг его отец Брюс Тенбрук, Царь Упырей, не переменил свою точку зрению. В итоге они пришли помогать вместе.
Мы начали наш поединок, постепенно разгоняясь. Мы не думали, сколько очков нам присвоят или снимут, мы были искренне счастливы, что дерёмся вместе. Удав прав — драка это тоже разговор. В какой-то момент мы достигли удивительной синхронности, и наш бой стал напоминать подобие боевого танца, где противники не ранят и не бьют всерьёз друг друга. Пару раз я задевала его то по рукам, то по рёбрам, но в большинстве случаев он ловко уклонялся. Зато сам "бил" так, что вроде бы в цель, в меня, но я получала много возможностей для маневров и пользовалась ими.
— Твои навыки гораздо лучше, чем тогда, когда мы дрались в последний раз, хотя и тогда ты была искусным бойцом, — сделал он изысканный комплимент, когда мы с ним встали почти спина к спине.
Моя правая рука легла ему спереди на плечо, левая рука сдерживала его правую руку. Его левая рука мягко обхватила меня за запястье правой.
— Это потому что я жадно впитывала в себя то, что ты мне показывал, и мечтала о том дне, когда мы снова подерёмся, — вернула я ему не менее изысканный комплимент.