В крови закипел привычный бодрящий адреналин. Чёрный Кот в целом рад этой подвернувшейся тренировке. Он не подумал только о Синтии, куда он её денет или спрячет: в этом переулке даже скамейки нет, чтобы посадить её наблюдать за шоу, которое он сейчас устроит. Чёрный Кот медленно отстранил Синтию от себя. Неуловимым движением натянул перчатку на правую руку, которая всегда при нём, в удобном кармане.
Синтия круглыми от немого ужаса глазами смотрела, как со всех сторон подбираются эти уроды. Один уже схватил её, взвалил на себя в два счёта и принялся утаскивать. Синтия закричала, стала отбиваться, но тот, кто её тащил, гораздо сильнее и лишь похабно хохотал. На Чёрного Кота уже напало четверо или пятеро. Была бы рада напасть вся эта свора, но место и дистанция очень ограничены.
Четыре одновременных противника для Чёрного Кота — раз плюнуть. Он прекрасно помнил всё, чему учил его Мастер — ведь он изо дня в день почти четыре года оттачивал мастерство. Его тело действовало само, без ведома мозга. Уклон — удар — подныривание — кувырок — снова уклон — пропуск удара с уходом так, чтобы удар противника пришёлся по второму противнику. Через минуту вся свора дико орала, нанося тумаки друг другу, пытаясь достать Чёрного Кота, но тот ловко уворачивался.
Синтия истошно вопила — тот, кто её утащил, принёс её в стоящую в стороне компанию головорезов. Они стянули с неё пока только шубку, потому что шубка довольно дорогая. Наиболее ретивый из них зажал Синтию между собой и стеной. Синтия сопротивлялась как могла, но это ещё более распаляло пыл подонка. Он впился в её губы, принявшись жадно целовать и заглушая её крики. Остальные сначала пытались оттащить его от добычи, но потом они побежали на помощь своим товарищам, с которыми дрался Чёрный Кот.
Чёрный Кот не сразу понял, что Синтия в беде. Вернее, он понял, что её схватили, но подумал, что её просто будут держать в заложниках, ожидая исхода драки. Он не ожидал, что Синтия пользуется таким сумасшедшим спросом у этих подонков. Девушку утащили слишком далеко от него. И на него противники пёрли как быки. Чёрного Кота уже несколько раз ощутимо ударили, приходилось сдерживать боль, давать сдачи, бить что есть сил.
Синтия извивалась и визжала, когда у неё была такая возможность. Вдруг её резко отпустили, руки, ощупывающие её, обмякли, разжались. Сама Синтия нервно сползла по стеночке. На негодяя, который к ней приставал, набросился другой головорез, ещё массивнее — Синтия не могла поверить своим глазам! Подоспевшее подкрепление отмутузило несостоявшегося насильника, и он затих. Спасший Синтию головорез подошёл к ней, зловеще улыбнулся, протянул ей руку, вроде бы предлагая помочь встать. Синтия испуганно посмотрела в его каменное, ничего не выражающее лицо, испуганно подала руку, уже собираясь его благодарить. Но то, что произошло дальше, не вписывалось ни в какие представления! Этот тип схватил Синтию за руку, дёрнул на себя, тут же оплёл и принялся делать то же самое, что и начал первый! А именно лезть под юбку и смачно целовать.
Чёрный Кот пустил в дело все резервы. Он дрался на пределе возможностей. Поверженных противников много, несколько из них уже валялись штабелями друг на друге, образуя кучи туш. Трупами они не были: Чёрному Коту не очень нравилось убивать, зато оглушать и бить по болевым точкам он умел отменно. У него оставалось ещё около шести противников. Синтия притихла совсем, Чёрный Кот догадался, что это произошло не потому что она сама по себе убила тех, кто к ней приставал и что дело там совсем плохо. С помощью массированной атаки, ударов в голову и череды подсечек он уложил ещё двоих. Оставалось четверо, они все окружили его, достали ножи.
Второй тип, схвативший Синтию, вдруг передумал завершать начатое. Немного помяв её в своей медвежьей хватке и повергнув в состояние абсолютной паники и истерики, он отшвырнул её снова в снег:
— Худая слишком, не в моём вкусе!
Синтия представляла жалкое зрелище. Она плакала, скулила, пыталась уползти, ничего не соображала целую минуту. Она не могла поверить, насколько ей только что повезло. Этот второй тип отправился набивать морду Чёрному Коту. По-видимому, драка его заводила больше, чем перепуганная насмерть беззащитная и бесподобно красивая девушка.
Драка уже подходила к логическому концу. Чёрный Кот очень устал, но у него оставалось три противника. Плюс подходил "последний кавалер" Синтии. Чёрному Коту очень требовался сейчас помощник... Он дрался из последних сил, и знал, что обязан победить. Иначе Синтия погибнет. Её крики, а потом её молчание подстёгивали его. Лишь позже он осознал, насколько у него сжималось сердце, когда он слышал её крики. Он поклялся сделать всё от себя зависящее, чтобы она никогда больше не кричала, чтобы была счастлива, под его защитой...