— Как там ваша демонстрация сверхспособностей?
— Мы с Полом и Джейн на неё как раз сейчас идём. Собственно, я тебя бы хотел позвать, думал, ты рядом.
— Как жаль, что я не смогу попасть... — посетовала я. — Но нормативы я точно сдам!
Раздался третий звонок. Я рванула поскорее к дверям в зал. Тётенька неодобрительно посмотрела на меня, хотела что-то сказать строгое и воспитательное.
— Мы верим в тебя! Конец связи, — произнёс Поджигатель с искренним чувством. Из чего я поняла, что они очень ждали меня.
Рози меня тоже ждала, она вся извертелась. Едва моя пятая точка коснулась сиденья, вышел петь Ромбик.
Концерт закончился в начале восьмого. У меня появился внутренний мандраж, из-за того что день прошёл, а я ничего не успела. Как быстро пролетело время! Если бы не этот концерт — я бы спокойно пришла на базу. Я была зла на ситуацию, на Дом на набережной, даже немного на Рози, что она меня сюда пригласила — ведь у нее наверняка полным-полно подруг, которых она могла бы позвать.
В одном мне дико повезло: после концерта я добралась до Базы почти за час. Без всяких пробок, эксцессов и приключений! Взъерошенная с дороги, я влетела на нашу Базу и растерялась, не зная, куда мне бежать. Искать Рома, чтоб отметиться у него, искать Аманду, Скорпиона, Пита... или Круэллу? Краем памяти вспомнила, что есть ещё Удав, и вот его бы мне больше всех хотелось найти. Просто так. Да, чтобы просто увидеть.
Ровно в полдевятого я прибежала вниз, в раздевалки спортзала, чтобы переодеться. Мне вдвойне повезло! Как и вчера в тире, сегодня в спортзале меня поджидал Грэнжер. Один.
— Готова? Переодевайся. Я уж заждался, — улыбнулся он.
— А где все? — изумилась я.
— А все — всё! — весело ответил Ренсо.
Я быстро переоделась и пришла к нему в зал. Он сидел за столиком, перед ним раскрытый журнал, где он помечал ручкой в таблице, похожей на турнирную. Или на классный журнал с оценками.
— Та-а-ак. Тебе, вообще-то, повезло, что ты опоздала. У меня через час гонки. Поэтому начинаем без разминки, времени мало. Сто приседаний с прыжками, потом сто отжиманий на кулаках, потом сто раз пресс, потом семь минут в планке. Итого максимум ты наберёшь триста семь очков, минимум — ноль, ноль — если чего-то из нормативов будет меньше даже на единицу. Например, если ты простоишь в планке шесть минут пятьдесят девять секунд или отожмёшься 99 раз. Распоряжение начальства, — Ренсо извинительно развёл руками. Он явно намекал на Круэллу.
— Ха, ну это ж раз плюнуть, — улыбнулась я, выдыхая с облегчением.
— Далее — пятьдесят прыжков через козла без контакта, норматив по канату, работа с гантелями и скакалкой, два вида шпагата, стойка на руках в течение двадцати минут, сто подтягиваний на шведской стенке... — начал перечислять Ренсо, перечислял ещё с минуты две.
Я чуток приуныла. Но боевого духа не растеряла:
— Тоже норм. Потренируюсь заодно!
— Да, потренируйся. Сегодня это цветочки по сравнению с тем, как госпожа Люциус накрутила Лабиринт для вас завтра, господа овечки на заклание!
Ещё никогда я не сдавала нормативы в таком количестве и разом. Но я достаточно тренирована, задача не отпугнула. Мне интересно проверить саму себя. Но когда я приседала с прыжком в шестидесятый раз, Грэнжер махнул рукой:
— Достаточно. Следующее упражнение.
— Но я не закончила! Мне осталось сорок.
— Я сказал — следующее.
— Это что, получается, ты мне вместо ста даёшь шестьдесят очков?! — возмутилась я, уперев руки в боки.
— Даю все сто, давай отжимайся. Мне надо успеть на гонки, — махнул он снова рукой, всем видом показывая, что не намерен канителиться.
— Ну ладно, — я стала отжиматься на кулаках.
Отжалась всего тридцать пять раз, когда Грэнжер сказал:
— Хватит. Зачёт автомат-пулемёт. Следующее упражнение.
Пресс я качала сорок раз, в планке стояла всего две минуты. Я не верила, что Ренсо мне начисляет сразу по сто очков, но он мне показал журнал. Я себя почувствовала уязвленной — Ренсо меня явно щадил!
— Грэнжер, послушай, я способна на большее. Я в ТДВГ два года и девять месяцев. Давай-ка всё по-честному...
— Нет, это ты меня послушай, — Грэнжер подошёл ко мне и шепнул: — Я в ТДВГ уже больше десяти лет. И я получше знаю, как будет по-честному. Заканчивай. Я ставлю тебе дополнительные двести очков. Мне правда на гонки надо! — Ренсо поглядел на наручные часы, потом на большие часы в спортзале с легкой досадой. Они показывали начало десятого.
— Но ведь камеры, все дела... — я в непонимании развела руками. Ренсо же знал, что Круэлла может наблюдать за ходом экзаменов через камеры. Но тут он усмехнулся и хитро подметил шёпотом: