— Ага... Ты, наверное, вкусная. А я не ужинал сегодня. Босс меня плохо кормит, вот и приходится довольствоваться всяким, что попадётся, — он словно жаловался на жизнь.
— Пожалуйста... отпустите... — выдавила несчастная бедняжка, готовая потерять сознание.
Всплыл в памяти тот жуткий монстр-контролёр, который набросился на неё в автобусе и потом хотел сожрать на руинах. Этот точно из такой же породы!
— Отпустить? Еду? Я что, по-твоему, дурак? Я не дурак, цыпочка, — облизнулся снова мужчина. Его лицо начало искажаться. Утробным, полным предвкушения вкусного ужина голосом, он представился: — Я — Слесарь. А ты — Еда Слесаря!
Неожиданно Синтия услышала странный звук. Потом ещё один. Ещё. И ещё. Что-то, похожее на щелчки. Рука, сжимающая её горло, дёрнулась. Нехотя стала разжиматься. Вторая рука, держащая оружие, разжалась. Ствол упал, и, грохнувшись, вдруг выпустил короткую очередь в потолок. Сверху посыпались камни. Слесарь рухнул наземь. Синтия, получив волю, завизжала что есть мочи и задрожала как осиновый лист.
Через несколько секунд к ней кто-то подошёл. Фигура стройного юноши, роста чуть выше среднего, с тёмными волосами, в очках ночного видения. Он напряжён, сосредоточен, держал на мушке валяющееся тело Слесаря. Пока он не удостоверился, что Слесарь спит и не шевелится, даже не смотрел на Синтию. А потом посмотрел. И узнал её.
— Вот тебе на! Я же говорил, девушка знакомая! Привет, Синтия Грасс. Помнишь меня? — выдохнул он удивлённо и несколько сконфуженно.
Синтия узнала его. Этот юноша спасал её неоднократно. В этого юношу в своё время она была без памяти влюблена. Этого юношу зовут Питер Ривел.
Поняв, что опасность позади, Синтия выдохнула, что-то пролепетала неразборчивое и кинулась Питеру на грудь. Через секунду она сотрясалась в рыданиях в его объятиях. Питер так же сконфуженно, удивлённо и неловко поглаживал её по голове.
***
— Вот она. Это была она, пахнет так же! Что делаем, босс, свернуть ей шею?
Меня схватило нечто сильное и массивное. Оно держало меня в чрезвычайно мощной стальной хватке, по сравнению с которой боевая хватка моих коллег-напарников — нежное слабое объятие. Я вырывалась как могла, применяла все возможные болевые и боевые приёмы в бою на критической дистанции, но всё в бестолку. Это киборг какой-то!
Пока я пыталась бороться с этим мужланом, меня рассматривали двое других. Один из них — Кот в Сапогах, а второй — почти копия того, кто меня схватил, такая же косая сажень в плечах, бандитская рожа. А ещё он размахивал автоматом. Ему явно не терпелось пустить его в ход. И продырявить меня.
— Какая любопытная экземплярка! — произнёс Кот в Сапогах слащаво, разглядывая меня очень подробно и пристально. — Кондуктор, ты уверен?
— Даю хвост на отсечение, босс, — тут мне показалось, что Кондуктор немного ослабил хватку. Я попыталась этим воспользоваться, извернулась и что было мочи ударила его в коленку.
Обычно после такого удара противники воют благим матом. Но тот лишь икнул, словно в рот попала муха, и перехватил меня слишком больно — так, что матом едва не завыла я:
— Но-но-но, экземплярка, слушайся босса! — зашипел Кондуктор.
— Продырявить её? — спросил третий тип с автоматом и передёрнул затвор.
— Погодь, Перфоратор, она может оказаться полезной нашему боссу. Да что там — она может оказаться полезной нам! Мне, тебе лично, Кондуктору! — Кот в Сапогах сузил глаза и приблизил весьма манерное лицо ко мне: — Ну, на кого работаем, девушка? Не скажем, естественно, да? Сдаётся мне, мы как-то связаны с Чёрным Котом, верно? Ты его напарница? Я прав? А может, ты его любовница?
Я злобно посмотрела на него. Говорить я не могла из-за того, что превозмогала дикую боль. Если я выживу — у меня будет если не сломана рука, то разорваны связки, мышцы и нервы — точно.
— Да, не скажем. Мы не тупицы, — немного разочаровано пропел Кот в Сапогах. — Но я знаю, как тебя разговорить. Пойдёшь с нами сейчас.
Глаза его стали холодными и злыми. Этот холодок и зло передался всему моему нутру. Кот в Сапогах тип далеко не простой и умеет делать неопознанные вещи. Швыряться энергетическими сгустками, например. Против такого даже пулемёт бессилен.
— Зачем она нам, босс? Лишнее лицо. Продырявлю я её рожу — и дело с концом, — пробурчал тот, кого назвали Перфоратором. Он продолжал потрясать автоматом.
— Успеется с этим. У девушки талант, знаешь ли. Она может делаться невидимой даже для Кондуктора. Босс таких ценит. Да что там босс — я таких ценю! Девушка, может, мы с тобой посотрудничаем. Если жизнь тебе дорога. Видишь ли, я приверженец делового подхода, — заулыбался Кот в Сапогах. — Кондуктор, а ну отпусти её. Будешь говорить со мной.