— Сначала мужик, верзила! Я его снял. А потом... Потом это был удав.
Я удивлённо взглянула на Удава.
— Нет, не этот. Другой, настоящий, — пояснил Пит. — Огромный такой.
— Я думаю, что вот этот — тоже настоящий и огромный, — кивнула я в сторону Антонио Тенбрука.
— Змея такая громадная! Мы еле ноги унесли. Степлер её не берёт. Она хотела съесть Синтию! — принялся объяснять бравый агент 003.
— Где Чёрный Кот? Что вы с ним сделали? — слабеющим дрожащим голосом спросила нас Синтия.
— Ничего, — покачала я головой. — Только понаблюдали за ним. И за тобой. Дышали вам в спину.
— Я думаю, я сделал ему трещину на паре рёбер и очень надеюсь, что обломал несколько пальцев, — подал голос Удав.
Теперь он заговорил как настоящий, привычный Удав — дерзко, напористо. Он таким мне нравится гораздо больше. Своей этой дерзостью и напористостью он покорил моё сердце. Но сейчас конкретно он мне не нравился. Потому что оказался здесь, темнил, путался под ногами, да ещё и пытался помешать мне стрелять, вообразив, что я хрустальная ваза, которую надо оберегать. Терпеть этого не могу в напарниках!
— Та-а-ак, а вот с этого места поподробнее? — повернулась я к Удаву.
— Что?! Где он?! — ахнула Синтия.
— Я требую объяснений! — повернулся к Удаву Пит.
— Ваш Чёрный Кот нуждается в хорошей увесистой плётке по хребту, — Удав скрестил руки на груди и насупленно поглядел на нас в ответ. — Он помешал мне.
Внезапно мы услышали:
— Синтия! Синтия!
— Это он... — ахнула Синтия. — Чёрный Кот, я здесь! — заорала она.
Ор отразился таким ярким звонким эхом, что мы с Удавом зажали уши и едва не согнулись в три погибели. Пит внезапно шепнул Синтии:
— Помни, о чём мы договорились. Ни слова обо мне и Сорвиголове.
— Чёрный Кот, ты жив! Я здесь! Я иду к тебе! — Синтия, кажется, не обращала на нас более никакого внимания.
Пит подскочил к нам и дёрнул нас обоих за руки:
— Мотаем удочки! — прошипел он.
— Да только с удовольствием, из такой-то компании! — проворчала я.
— Только тихо! Не попадаемся не глаза! — продолжил он шептать.
Синтия уже что-то далеко от нас верещала Чёрному Коту.
Мы бежали. Удав без конца оглядывался. Мне пришлось подталкивать его. Его ноги заплетались как у пьяного, бежал он неважно. И вообще выглядел не бодрым, мягко говоря.
— Нам нужно уйти как можно дальше. Я договорился с Синтией, чтоб она пока Чёрному Коту ничего не говорила о нас, — на бегу пояснял Пит.
— Какого чёрта ты с ней скорешился?!
— Я спас её! Её хотели съесть.
— Ну и съели бы! Чёрный Кот — её парень, верно? — догадалась я.
— Да, причём у них всё серьёзно! — пояснял Пит.
— Удав, не отставай!
Никогда не думала, что Удав — всегда такой из себя крутой, ловкий, лихой вор будет нам обузой на миссии! Мы его сейчас тянем как на буксире.
— Выбежим отсюда — тогда и поговорим, — решил Пит совершенно справедливо.
Удав внезапно совсем остановился. Он тяжело дышал. Я подскочила к нему:
— 015-й, не время рассусоливать! — была готова встряхнуть его уже, но тут он проговорил, тихо вздыхая:
— Вы знаете, куда бежать?
— Подальше от Чёрного Кота, чтоб он нас не увидел! — подсказал Пит.
— Вы не знаете, — констатировал Удав. И был прав. Потому что мы действительно заблудились. — А я знаю.
— Откуда ты знаешь? Всё-то ты у нас знаешь! — язвительно поддела я нового друга.
— У меня есть карта, которой нет даже в ваших базах данных, — Удав достал её откуда-то из внутреннего кармана.
Я опасно сощурила глаза:
— Не в "ваших" базах данных, а в НАШИХ, коллега. Или ты уже не коллега?
— Сорвиголова, я тебе потом всё объясню. Может быть, — проговорил он невразумительно-неразборчиво. И принялся смотреть в карту.
— Ну-ну. Что у тебя там за нелады с начальством, м-м-м? С Амандой, с твоей троюродной тётей Лондой? — принялась я его "топить".
— Сорвиголова, ты хочешь, чтобы я вывел вас отсюда? Я ведь могу вас тут оставить и пойти дальше один, — начал он язвить в ответ.
Но осёкся. Потому что такого отношения я снести не могла. Я направила на него его же степлер:
— Аналогично. Сейчас ты тут ляжешь спать, а мы с 003 возьмём у тебя эту карту и отправимся восвояси.
Пит в ужасе смотрел на нас. Его рука полезла к поясу. Похоже, Сыщик готов застрелить Удава. Или меня. То есть того, кто ему покажется сейчас наиболее буйным.
— Сейчас я у тебя легко смогу выбить этот пистолет, — улыбнулся Удав.
Экой наглец!
— Не сомневаюсь, — я опустила степлер, почему-то вспомнив Майло: "Правило номер один. Не целиться из пистолетов, даже если ты уверен, что они не заряжены, туда, куда нет цели стрелять". Стрелять в Удава не хотелось. Ведь это же Удав.