— Доброе утро, - проходя в кухню, говорит Маршалл, останавливается, видя сонную Ребекку, которая опустила свою голову на стол.
— А, доброе утро, - словно очнувшись ото сна, подняв голову, вдохнув запах свежезаваренного кофе, который блондинка так и не выпила, говорит Ребекка. — Это была долгая ночь.
— Это была прекрасная ночь, - довольно произносит брюнетка, наблюдая за тем, как Майклсон потирает глаза.
— И не спросишь, что с Катериной? - отпивая кофе, спрашивает Ребекка.
— А какое мне дело до этой чикагской шлюхи? – ухмыляетя Маршалл. — Как будто у меня нет других проблем, Ребекка.
— Ее отравили, яд спровоцировал выкидыш, и тебе не жаль ее и Элайджу? - медленно произносит блондинка. — Она могла умереть. Как ты можешь так говорить, Хейли!
— Если бы умерла, то такова судьба, - спокойно говорит Хейли, разливая кофе по чашкам и ставя их на поднос, где уже стоят тарелка с фруктами и свежеиспечёнными булочками. — Мне нужно идти к мужу.
— Где моя мама? – спрашивает Надя, а на глазах малышки слезы. — Я хочу к маме!
— Мама, - тяжело вздыхает Ребекка, не зная, что и ответить малышке. — Твоя мама приболела, и пока к ней нельзя, - пытается объяснить блондинка.
— Мама! - во весь голос кричит малышка, падает на пол.
— Тише-тише, тетя Ребекка рядом, и не нужно плакать, - вздрагивает Ребекка, опускаясь на пол рядом с малышкой, и силой прижимает ее к себе.
— Успокой ребенка, а мне пора, - ухмыляется Маршалл, смотря на Ребекку и Надю.
— Иди, - только и произносит Майклсон, понимая, что Хейли действительно лучше дать уйти и не пытаться вызвать к милосердию.
Зачем Хейли думать о той, что разрушила ее жизнь. Кетрин разрушила все, но жизнь все расставит на свои места. Жизнь всегда окажется права и очень скоро Хейли Маршалл-Кеннер убедится в этом.
Октябрь.
На душе Хейли лето, несмотря на серость и слякоть, летящие листья и дождь. Лето, ведь она целует мужа в губы, подает ему завтрак, и смотря в глаза Джексона верит в то, что он именно тот мужчина с которым она счастлива, и ее сердце будет биться спокойно.
За окном октябрь – время дождей и наступление холодов. В жизни Хейли Маршалл врываются холода с приездом Клауса Майклсона.
Теперь уже Миссис Кеннер обнимает сперва мать, которая приняла решение остаться рядом с дочерью и вернуться в загородный дом после Рождества. Хейли заставила молчать и без того напуганную Керолайн, ведь кто поверит служанке, радовалась тому, что Кетрин не переступала порог своей комнаты, которая с потерей ребенка закрылась от всех, закрыла свое сердце даже для Элайджи. Теперь Сесилия спокойна, ведь Джексон сделает все, чтобы Хейли полюбила его. Ребекка сама заключает подругу в объятья, а брюнетка улыбается, ведь сегодня тот день, когда она покидает особняк Майклсонов и обретает свою свободу. У нее хватило духу изменить свою жизнь, быть рядом с Джексоном, который ради нее изменил всю свою жизнь, в отремонтированном доме они обязательно обретут свое счастье.
— Тебе понравится твоя комната, - говорит Джексон, держа Хоуп за руку.
— Да, я собрала все свои игрушки, - отввечает малышка, крепко держа Джексона за руку.
Хоуп было тяжело принять Джексона, ведь она точно знала, что у нее есть отец и мать, и больше Хоуп Майклсон не желала знать. Малышка таила внутри себя обиду и злобу на мать, считала ее предательницей, порой желала убежать, скрыться, заплакать, только бы ее никто не видел и не знал. Ей не нужны были чужие, но Джексон сумел растопить ее сердце. Мужчина не пытался заменить ей отца, никогда не говорил о том, что Клаус Маклсон плохой или монстр. Джексон не сдавался и видимо сила любви существует, если Хоуп стабилизировалась и смирилась с тем, что в в ее жизни появился Джексон рядом с котором, ее мать счастлива, а как известно – счастье родителей важно для ребенка.
— Конечно, ваш переезд будет к добру, - убедительно произносил Сесилия.
— Матушка, спасибо за ваше одобрение и понимание, - натягивая улыбку, твердит Хейли.
— Вам нужно строить свою жизнь, - пытается вмешаться Фрея.
Октябрь время начала холодов. Летящие листья явно предвестники чего-то плохого.