— Прекратите все это! – выкрикивает Элайджа, но цепкая хватка Пирс, то, что сдерживает его, не позволяет двигаться вперед.
— Подожди, - тихо шепчет она.
— Твое тщеславие то, что погубит тебя Никлаус, - смотрит на брата. — Погубишь невинную душу? Убьешь? Что ж… Вперед брат…
— Меня ты тоже убьешь?- эхом разносится по территории особняка.
Обессиленная. Бежала, чтобы успеть. Становится между мужчинами, и теперь дуло оружей направленно на нее. Больше всего Хейли Маршалл желает, чтобы все это оказалось кошмарным сном. Сон, который завершится и все станет на свои места. Сейчас она не боится ничего, а только желает положить всему этому конец.
— Остановитесь и ведите себя благоразумно! – отдышавшись, говорит Маршалл.
— Мне плевать, просто в моей коллекции стало бы на один труп больше, вот и все, - пожимает плечами.
— Заткнись! – ударяет Майклсона по щеке, и он видит с какой свирепостью Хейли готова защищать своего мужа. — Ты представляешь, что по твоей вине мой муж банкрот.
— А ты ведь знаешь, что мне наплевать, - хватает ее за руку, когда Хейли желает ударить его по лицу во второй раз.
— Сделаешь больно моей жене и клянусь, что я нажму на курок, - угрожает мужчина, а Клаус верит в то, что Джексон не выстелит, ведь его моральные принципы слишком высоки.
— Пойдете против него — пойдете против меня, - возражает Элайджа, пытаясь тем самым встать на защиту брата.
— Джексон! – выкрикивает Филлип, подбегая к другу и заламывая ему руку, в которой тот сдерживал оружие.
— Ничего, мы успели, - дышит после пробежки за Хейли.
— Теперь можно, - отпускает руку Элайджи.
— Что вы устроили? Как это понимать? – возмущается Элайджа, подходя к брату и схватив его за рубашку, оборачивает к себе и забирая оружие из его рук. — Успокойтесь! Ведите себя благоразумно.
— Глупо взывать Клауса к благоразумию, - морщится Маршалл. — Ты знаешь своего братца, Элайджа. По его вине мой муж банкрот. Именно он виноват во всем случившимся. Я требую, чтобы Клаус исправил все это!
— Я никому ничего не должен, - отталкивает Элайджу, пытаясь пройти вперед.
— Остановись, Никлаус, - пытается образумить его Майклсон.
— И не подумаю, - отмахивается, проходит мимо Кетрин.
— Элайджа, я просто допустить не могла, чтобы пролилась кровь, - медленно проговаривает Хейли. — Я испугалась.
— Все будет хорошо, Хейли, - говорит Кеннер, пытаясь словами утешит жену.
— Повлияй на своего брата, - умоляет Хейли, но в голове все смешалось.
Переутомилась, голодания, недосыпание, волнение. Иначе измученный организм среагировал "отключением" и потерей сознания. Так и среагировал организм Хейли, ведь она вся побледнела, тихо рухнула и только быстрая реакция Джексона не позволила ей упасть на землю. Прижимает к себе жену и совершенно не понимает, что произошло, гладит по волосам, замечая цветок жасмина в ее волосах. Злость и ярость смешались, и он кричит во весь голос. Именно это крик заставляет Клауса обернуться и, обернувшись, он видит слезы на глазах Кеннера, который искренне переживает за свою жену и его сердце рвется из груди. Дышит, смотря на тело Хейли, которое прижимает к себе Джексон, а вокруг его собрались друзья и его брат. Обернулся, ведь он не мог позволить, что смерть матери его ребенка будет на его совести. Смерть матери своего ребенка он простить себе не сможет.
— Быстро все идите в дом, я сейчас позволю личному доктору нашей семье, он осмотрит ее, - словно приказывает, смотря, как Джексон медленно шагает вперед, словно подчинился ему, подчинился, чтобы спасти возлюбленную.
Назад дороги нет. И Джексон чувствует это, поднимаясь вверх по лестницы, кладя жену на постель в комнате принадлежавшей Ребекки. Сидит рядом с ней дожидаясь, прихода доктора и как бы его друзья не пытались быть с ним и поддержать его в столь сложный момент, но Джексон пожелал остаться один и, поняв это Кетрин применила все свои женские хитрости, чтобы убедить Филиппа и Иззета выпить чай или кофе. Держа ее холодную руку в своей, в тот самый момент он понял, что все в жизни бывает лишь однажды, и глупо было подвергать себя опасности, а в итоге пострадала его жена. Как бы ты не старался, ему никогда не пережить те же чувства снова. Никогда не пережить все то, что он пережил с ней, никогда не подняться на три метра над уровнем неба и познать, что такое взаимная любовь. Если она погибнет, то винить он будет только себя и больше никого.
— Прости, - тихо шепчет, склонив перед ней голову.
— Простите, я осмотрю ее? – доктор вошел без стука и только его голос заставил