Обедаем уже на лёгкой волне. Беседуя ни о чем, съедая друг друга глазами. Я второй день забиваю на работу. Сева меня уже тихо ненавидит. Ничего не могу поделать. Не могу от нее оторваться.
Обед подходит к концу, допиваем чай. В моей голове уже несутся фантазии о нашем уединении. Рядом с королевой я всегда в тонусе. Эта женщина, как афродизиак, каждый вдох рядом с ней несет все больше и больше желания.
— Привет, — на моих плечах повисает девушка. Не нужно оглядываться, чтобы понять, что это Алена. Девушка повисает на мне, а я смотрю в глаза Кристине. Там удивление, интерес, внимательность. — Я соскучилась, — без стеснения шепчет Алена.
Бля…
Это косяк.
Отрываю от себя прилипшую Алёну, сжимая челюсть.
— А я нет.
— Ты не меняешься, — усмехается Алена, уже с интересом разглядывая Кристину. — Какой был хам, такой и остался.
Весело ей.
А мне нет.
Потому что в моей жизни нет никаких других девушек, кроме Кристины, но со стороны может показаться, что это не так. Королева может психануть, учитывая ее ситуацию с мужем.
— Да, я не меняюсь, Алена. Поэтому проходи мимо, не задерживайся! — выходит, и правда, грубо. Алена прекращает улыбаться, стреляет в меня гневным взглядом.
— Знаешь что, — возмущённо выдает мне она. — Больше не звони мне никогда. Это уже слишком! — говорит так, словно я ищу с ней встреч. Разворачивается и убегает к дальнему столику, где сидят ее подруги. Да, были в наших так называемых отношениях размолвки, когда она мне надоедала и я игнорил, потом звонил и без проблем брал от нее все, что хотелось.
Закрываю глаза.
Как теперь объяснить это королеве?
— Это не то, что ты подумала, — пытаюсь объяснить и уловить ее настроение. — Между нами ничего нет.
Кристина кивает, загадочно улыбаясь.
Не верит?
— Крис, я серьёзно.
— Не сомневаюсь, — встает с места, спокойно надевает пальто, берет сумку и идет на выход.
Да вашу мать!
Алена!
Какого черта?!
Быстро расплачиваюсь, хватаю куртку и бегу за Кристиной.
А она в принципе не убегает. Спокойно идет вдоль витрин, что-то рассматривая. Моя логика ломается. Но это Кристина, ее реакции отличается от привычных мне.
Подхожу, забираю у нее пакеты, приподнимаю за талию.
— Между нами с Аленой, правда, ничего больше нет. Да и, в общем, не было ничего определённого.
— А что было? — спокойно спрашивает она.
— Ну так… — неопределённо кручу пальцами.
— Ясно, — усмехается. — Да успокойся ты. Не нужно оправдываться.
Заходим в лифт. К нам бежит какая-то женщина с детьми, прося подождать. Нервно бью по кнопке, створки закрываются.
— То есть ты не ревнуешь?
— А есть повод ревновать? — выгибает брови.
— Ревность — вообще вещь по большей части необоснованная.
— Нет, я не ревную.
И тут меня вопреки здравому смыслу взрывает, потому что она не ревнует. То есть ей вообще все равно?
Выходим из торгового центра, подходим к машине. Закидываю пакеты в багажник, открываю Кристине переднюю дверь, а потом передумываю. Захлопываю и открываю заднюю пассажирскую. Накручиваю себя не по-детски.
То есть у нее вообще нет ничего ко мне.
Я развлечение?
Метод мести мужу?
Ей все равно, где я и с кем?
Ни грамма чувства собственничества?
Здравого эгоизма?
Ставлю ее на свое место. Со мной так было, только когда глубоко плевать на девушку. Оттрахал и забыл — плевать, кто ее еще там имеет.
Кристина немного теряется от моих агрессивных порывов, но молча устраивается на заднем сиденье. Сажусь рядом с ней, блокирую двери. Снимаю куртку, отшвыриваю ее назад в багажник. Смотрит на меня вопросительно.
Не надо на меня так смотреть. Не хочу больше разговаривать. Ты ломаешь мое мировоззрение к чертовой матери.
— Иди сюда, — хриплю. Хватаю ее пальто, стягиваю, отшвыриваю к своей куртке.
— Что ты делаешь? — смеётся.
Смешно ей!
На самом деле, да. Смешно оттого, что в этой ситуации психую я, а не она. И мне по-животному хочется ей доказать, что она принадлежит мне, а я принадлежу ей. Хочу ее эгоизма, ревности. Что-то, что даст мне уверенности, что королева со мной не временно.
Приподнимаюсь, завожу двигатель, включаю обогрев салона. Падаю назад на сиденье, рывком затягиваю ее к себе на колени. Лицом к лицу, прижимая ее колени к сиденью.
— Максим! — в голосе возмущение. — Мы на стоянке! — пытается слезть с меня.
— Ну что?! Тонировка, нас не видно, — сгребаю в руке ее блузку, дёргаю на себя, впиваясь в сладкие губы. Королева какое-то время сопротивляется, пытаясь оттолкнуть. Не позволяю. Удерживаю силой, проталкивая язык глубже, кусаю губы, чтобы впустила.