— Макс, там Эля.
— Дверь заперта. Быстро, я сказал!
Я потом заласкаю, зацелую ее всю. Потом…
Слушается, быстро стягивая колготки вместе с трусиками. Вновь прижимаю ее к кафельной стене, подхватываю одну ногу, удерживая на своем в бедре.
С рыком вхожу.
Стонем друг другу в губы.
Кристина оживает, ее потряхивает, сладкие губы пытаются поцеловать. Не позволяю, хватаю за волосы, сжимаю, заглядывая в глаза. Толчок, еще один и еще, еще, разгоняюсь. Все очень быстро, жестко, без прелюдий и ласки. Это наказание, королева. Вот такое вот. Прочувствуй всю мою агонию.
Вскрикивает, тут же кусая губы, не в силах выдержать моего напора. Я ускоряюсь еще больше, глубже, жёстче. Задыхаемся. Ее ноготки царапают мои плечи через футболку.
Королева слишком громкая. Накрываю ладонью ее губы, смотря в глаза. Хочу видеть в ее глазах все оттенки нашей страсти, боли, любви. Кусает меня за ладонь, закатывая глаза. Мы уже близко к точке невозврата, по ее бедрам идёт крупная дрожь. Мое тело горит, лёгкие жжет от нехватки кислорода. Меня разрывает, в глазах темно. Ее лоно вибрирует, стискивая член до боли. Кристина бьётся в оргазме, закрывая глаза, из которых всё-таки срываются слезы. Убираю ладонь с ее рта и накрываю губы своими, выпивая ее болезненный экстаз. Еще несколько сокрушительных толчков, я преодолеваю ее сопротивление и улетаю. Ничего не вижу, не слышу, только чувствую.
Дышим, пытаясь прийти в себя. Плачет, обвивая руками мою шею, прижимается.
— Прости меня… прости… — всхлипывает.
— Ну что ты, моя королева. Тише, тише, — обхватываю ее лицо, целую соленые от слез губы. Уже нежно, аккуратно. — Больше не решай за меня. За нас. Я в состоянии все решить сам! Все будет хорошо.
— Твой отец против меня… Мой возраст… проблемы… — говорит невпопад. Но я все понимаю. И меня это бесит. Даже слышать ничего не хочу!
— Мне плевать, что думает мой отец! Это моя жизнь. Он больше не будет вмешиваться. А возраст… — глубоко вдыхаю, глотая воздух. — Еще раз услышу что-то подобное… — кусаю ее за губу. — Ну ты меня поняла.
— Люблю тебя. Я так соскучилась… — снова всхлипывает, утыкаясь мне в шею.
— Мне еще никто не признавался в любви в слезах, — усмехаюсь, зарываясь ей в волосы. По телу разливается умиротворение. Мне так хорошо и спокойно, что я снова пьянею от эйфории.
— Мам! — кричит с той стороны двери Эля. Быстро отрываюсь от Кристины, застегивая ширинку.
— Да, я сейчас! — отзывается Кристина, одёргивая платье и утирая слезы. Поднимаю ее колготки с трусиками, закидывая в стиральную машинку. Открываю дверь, выходим.
— А что вы там делали? — удивлённо спрашивает Эля.
— Руки мыли, — отвечаю я. — Собирайся, в магазин поедем. Завтра Новый год, — отвлекаю Элю.
— А купишь детское шампанское? А то мама не купила, — надувает губы.
— Куплю, — подмигиваю.
Кристина быстро убегает в комнату приводить себя в порядок. Элина убегает в туалет. Иду на кухню, чтобы выпить воды, но резко разворачиваюсь и иду в комнату. Там в спальне полный пи*дец. Я все разнес.
Кристина стоит на пороге, рассматривая разбросанные вещи и косметику. Молча подходит к стене, на которой остался кровавый развод от моего кулака. Трогает багровое пятно пальцами. Хмурится.
— Что здесь произошло? — шепотом спрашивает она.
— Так выглядит моя реальность без тебя.
— Максим. Боже, — снова меня обнимает, уже сама целует, целует губы, скулы, прижимается. — Не делай так больше.
— А ты не уходи от меня.
— Что дальше?
— Дальше мы едем в магазин… Празднуем Новый год. Ты выходишь за меня замуж…
— Я еще не развелась и не думаю, что так сразу хочу замуж, — хитрая, специально меня провоцирует, облизывая губы.
— Развод — дело нескольких недель. После праздников станешь свободна. Это я тебе обещаю. Согласен, не самое романтичное предложение. Забудь. Переиграю после развода, и только попробуй мне отказать.
Эпилог
Кристина
Выходим с Элей за ворота нашего дома. Юра всегда ждет тут. Он не заходит. Максим против, да и мой бывший муж не горит желанием. Хорошо уже то, что мы смогли договориться и Юра больше не хочет отнять у меня дочь.
Не знаю, как это произошло, что предпринял Максим и какие нашел аргументы. Мне уже неинтересно. Главное, что мой бывший муж жив и здоров, а Максим на свободе.
— А можно я не поеду? Скажем, что я заболела. У меня болит горло, — хнычет Эля. Напрягает тот факт, что дочь после каждой встречи с отцом хочет этого все меньше и меньше. Убеждена, что бы ни произошло между родителями, ребёнок должен общаться с отцом. Тем более Юрий любит Элю. Но…