-- Нино? Тебе душно? – забеспокоился Гарри.
-- Да. Надо отлучиться на пару минут.
А в дамской комнате меня догнала Эллис Паульсен.
-- Что за метаморфоза? – изогнула она свои брови-ниточки на меня и с ног до головы окинула раздраженным взглядом. – Что-то новенькое: наша скромница сменила наряд простушки на нечто из последнего модного каталога. Неужели, это Павлини? – прищурилась и бесцеремонно протянула руку, чтобы пощупать ткань юбки.
-- Руки прочь! – отстранилась.
-- Ох, ох! – раздалось ее пренебрежительное. -- Никак богатого поклонника отхватила? Когда только успела?! Вот вам и наша морковка! Это тот мужик, да, с кем обедаешь… А чего же сегодня слезы лила в туалете, когда я произвела фурор своим сообщением? Или погоди!.. Встречаешься с одним богатеем, а сохнешь по другому? Н-да, бывает! Но Ричи тебе не видать, морковка. Хоть ты теперь и очухалась, стала выглядеть потрясно, но поздно, детка. Поезд ушел! Босс мооой! – протянула она вредным голосом.
-- Пропусти меня! – получилось зарычать на блондинку, так как она жутко раздражала, а еще загораживала проход.
Но Эллис рассмеялась.
-- Злишься. Правильно. И знаю, что сначала он положил глаз на тебя. Но разве же ты ему подходишь? С ним рядом должна быть такая женщина, как я: смелая, раскованная… Я его завоевала. Мои старания оправдали себя. Ричард Стоутсен лучший. Ни один мужчина с ним не сравнится. И он мой…
-- Любовник? Надеюсь, он будет щедр с тобой… – подняла на нее глаза. – Но вряд ли носитель фамилии Стоутсен женится на секретаре. Да еще наследник рода... Ты об этом думала, Эллис? А вот я – да. И поразмыслив, решила ответить согласием на предложение руки и сердца… да, другому. И уже сегодня напишу заявление об уходе. Мне не надо будет больше работать - Гарри этого не хочет. А плакала? Жених прислал сообщение, что не смог забронировать на медовый месяц ту виллу на берегу моря, что мне понравилась. Вот так! К хорошему быстро привыкаешь, знаешь ли, вот и расстроилась. А теперь отойди от двери – меня ждет жених.
Врала и не краснела. Вот это да! Нет, в этот день со мной творилось что-то странное. И надо же, совесть не грызла. В другой раз обязательно почувствовала бы себя ужасно, а сейчас даже чуть улыбнулась, когда увидала, как вытянулось лицо Паульсен. Не удалось змее цапнуть жертву и насладиться наблюдением за ее мучениями. Не в этот раз.
Из ресторана я ушла вместе с Гарри. Мы под руку вышли в двери, а потом он еще вызвался проводить до офиса. Да, телефон выпросил… такой он милый! Когда прощались на пятачке перед входом, лопатками чувствовала чей-то взгляд в спину, но не согнулась под ним, не сжалась, и мне хватило выдержки, чтобы не оглянуться. А как вернулась на рабочее место, так, не откладывая, исполнила задуманное: написала заявление о расчете. Причина: собственное желание. Так и было. Все верно.
Но руководитель отдела, Ганс Шримансен, так странно на меня взглянул, когда протянула ему бумагу, и даже на офисном стуле отъехал на некоторое расстояние. С чего бы? Обычное же заявление. Все по форме.
-- Я не могу подписать это, – закрутил головой, убрал руки со стола и даже потом отвел в сторону взгляд. – Идите с этой бумагой к директору.
-- Как это? Зачем к нему? Если нужна отработка, то…
-- Идите! – произнес с нажимом.
Я просидела потом в ожидании несколько часов. Потому что господина Стоутсена не оказалось на месте. Ждать его в директорской приемной под сверлящим и горящим ненавистью взглядом Эллис было невыносимо. Поэтому сказала, чтобы меня позвали, как босс явится и сможет принять. Но на рабочем месте чувствовала себя, если только чуть лучше. И мне совсем не работалось. Но вот часы показали семь вечера, офис опустел, а меня так и не пригласили к высокому начальству.
Встала из-за стола, прошлась по комнате, и вдруг вспомнила, что договаривалась с Улавом. Только о нем подумала, как раздался звонок на мобильный, и одновременно с этим в комнату вошел Стоутсен.
-- Нино, нам надо… -- произнес Ричард и оборвал сам себя, когда увидел телефонную трубку у моего уха.