Я чувствовала себя беспомощной, и это заводило меня ещё больше. Я не могла отвести глаз от незнакомца вдалеке, когда волны моего надвигающегося оргазма обрушились на меня, толкая меня всё выше и быстрее к освобождению. Незнакомец не сдвинулся ни на дюйм и ни разу не отвернулся. В то время, как он смотрел, как Бобби и я занимаемся сексом, я тоже уставилась на него, не моргая.
Когда моё тело было отправлено на самый высокий пик наслаждения, я взорвалась и кончила так сильно, что невольно закрыла глаза.
Схватив мои щёки в свои руки, Бобби повернул моё лицо к своему, наклоняясь, чтобы поцеловать меня, когда начал сильнее вдалбливаться. Я знала, что он собирался достичь кульминации, его тело задвигалось ещё быстрее, руки блуждали по моей груди, сжимая их, пока они не заболели. Быстро вытащив свой член, он достиг кульминации, впиваясь зубами в чувствительную кожу моей шеи, когда кончил.
Я закричала, но снова повернула голову и почувствовала странное разочарование, обнаружив, что незнакомец ушёл.
Глава 10
«Чем более странным нам кажется сон, тем более глубокий смысл он несет.»
―Зигмунд Фрейд.
― Алекс? Алекс, вы меня слышите?
Моё тело тряслось туда-сюда, и я поняла, что кто-то стоял надо мной. Я чувствовала потерянность и покалывание, блуждая в пространстве между реальностью и иллюзией, между настоящим и видениями меня в прошлом. У него был запыхавшийся и встревоженный голос. Я открыла глаза и увидела его, смотрящего на меня сверху вниз с бровями, сдвинутыми в беспокойстве.
Мой разум начал вспоминать, где я находилась; зелёный стул, ковёр и занавеска стали изображением, которое появилось из ниоткуда, когда я открыла глаза. Моё тело чувствовало удовлетворение, и я заёрзала на месте, не готовая пока отпустить эйфорию оргазма, который до сих пор врезался волнами в моё тело.
На моей щеке была рука, и я прильнула к ней, раскрыв губы и высунув язык, чтобы попробовать его солёную кожу.
― Мисс Саттон... ― слова были прошептаны, и я застонала, когда он убрал руку с моего лица. Реальность обрушилась на меня, и я испугалась, поднявшись, чтобы сесть на шезлонге, мои глаза широко распахнулись, увидев Джереми, стоящего передо мной, его очки были сняты, а грудь вздымалась в такт с моей. Качая головой, он поднялся с того места, где сидел, и усевшись на стул, стоящий поперёк маленького помещения, достал блокнот с ручкой. Он не смотрел на меня и не говорил, когда забрал свои очки со стола, находившегося между нами.
Прошло несколько безмолвных секунд, но после он взял под контроль что бы там ни было внутри него. Наконец, он посмотрел вверх, и я не распознала странное выражение на его лице.
― Вы в порядке? Как вы себя чувствуете? ― он прочистил горло, и я заметила, что он всё ещё быстро и тяжело дышал.
Откинувшись назад на подушку, я не хотела находиться в таком беспомощном положении, но я была слишком уставшая и вялая, чтобы держать тело в вертикальном положении. Восстановив собственное дыхание, я ответила.
― Я... ― Я не знала, как чувствовала себя. Я не могла сообразить, что только что произошло или почему моё тело чувствовало такую слабость и вялость. Я была влажной между ног, и это ощущение вызывало у меня дискомфорт. ― Что произошло, Док?
― Вы рассказывали другое воспоминание, мисс Саттон. Вы вообще помните что-нибудь о нём? ― он поднял глаза от своих записей и изучал меня, когда ждал моего ответа. Его веки были опущены, а красный жар его тела проявился на щеках. Моргнув, я попыталась сфокусироваться на нём, потому что не была уверена, что увиденное мной могло быть правдой.
Встряхнув мысли, я попыталась вспомнить, что произошло и что я видела, но только образ незнакомца в капюшоне был чётким в моей голове.
― Там был мужчина, кажется. Он был одет в толстовку с капюшоном, но я не могла видеть его лицо. ― холодок пробежал вдоль моей спины, и я открыла рот, чтобы признаться, ― Он напугал меня.
― Вы упоминали это, но я не заинтересован незнакомцем в поле. Что вы помните о том, что делали в том поле? Кто был с вами?
Закрыв глаза, я попыталась представить о чём он говорил. Ничего не произошло. Всё, что я могла увидеть, ― затенённое лицо мужчины, который, я знала, был опасен, мужчина, наблюдающий за мной, как за чем-то большим, чем просто развлечением.
― Я не знаю.
Откинувшись на стул, он пробежался руками по своим волосам, и я поняла, что он был разочарован. Я хотела рассказать ему больше, иметь возможность сказать слова, которые он хотел услышать, но встретила лишь пустоту. Моё тело было всё ещё напряженно из-за того, что произошло. Я винила лекарства. Не было никакого другого разумного объяснения.