...
― Мисс Саттон?
Приподнявшись на кровати, я распознала под собой мягкий матрас и поняла, что вернулась в комнату для терапии, вернулась в специальное место, спроектированное так, чтобы походить на то, что я видела на фотографии.
― Какого хрена? ― произнесла вслух. Повернувшись, я увидела растерянное выражение Джереми.
― Вы в порядке? ― подойдя, он проверил мой пульс, прежде чем использовать другую руку, чтобы вытащить ручку-фонарик из своего кармана. Проверив мои глаза, он оказался доволен тем, что обнаружил, и быстро засунул фонарик обратно, в карман белого халата.
― Как я оказалась здесь?
― Извините? ― озабоченный взгляд на его лице не облегчил моё замешательство.
Оглядев комнату, я вобрала в себя все главные детали, которые я запомнила, прежде чем впасть в какой-то сон, в который он меня ввёл.
― Только что я была в комнате отдыха. Женщины боролись с персоналом...
― Алекс...
Голос Джереми обратил моё внимание на него, и я быстро заморгала, когда его образ исказился на долю секунды, прежде чем обратно перешёл в одного цельного человека.
― Где, вы думаете, вы только что были?
Стряхнув чувство паутины в голове, я сразу занервничала насчёт ответа. Единожды взглянув на Джереми, я поняла, что он не позволит мне проигнорировать заданный вопрос.
― Я была в комнате отдыха. Лесли кричала о своих лекарствах... и о Джо.
Выражение лица Джереми перешло от лёгкого беспокойства к тревоге.
― Я только что вытащил вас из вашего воспоминания об Бобби Аррингтоне. Вы не покидали эту комнату.
― Бобби кто? ― имя было знакомым, и я не сразу вспомнила, где слышала его раньше. ― Ох. Парень на снимке.
Его брови поднялись над оправой очков.
― Ты ничего не помнишь о Бобби, да? ― его голос звучал загадочно, лишённый каких-либо эмоций, но в то же время был намек на неверие и беспокойство.
Разочарование разожгло огонь внутри меня. Я ничего не понимала. Я только что была в комнате отдыха. Уверена в этом. Но мне сказали, что я вообще не вставала с этой кровати.
― Что я помню? Что я вам говорила?
Он ответил не сразу, и мой кулак сжал одну из подушек.
― Что, чёрт возьми, происходит? ― прокричала я вопрос, в то же время, швырнув подушку, и попыталась встать с кровати. Я больше не хотела тут лежать, не хотела больше тут оставаться, когда мне говорили, что всё, что я знала и не знала, было заблуждением.
― Пока не вставайте...
Но было уже поздно, а его предупреждение осталось неуслышанным. Как только мои ноги коснулись пола, моё тело рухнуло на ковёр. Боль прострелила мои бёдра, а зубы чувствовались так, будто разломались, из-за удара челюстью об пол. Джереми обогнул кровать и опустился на колени передо мной, чтобы проверить мою голову на наличие повреждений.
После нескольких секунд тишины он, наконец, спросил,
― Вам больно?
Эти слова... эти грёбанные слова повторяясь в моей голове, вызвали вспышку картинок. Перемешанные и размытые, они распались на части и ускользнули из моей хватки. Медленно выдохнув, я перевернулась на спину. Как только я увидела его лицо, я вспомнила.
― Парень в капюшоне. Он спросил меня, в порядке ли я, больно ли мне.
― Так. ― Подтянув меня с пола, Джереми удерживал меня, пока не усадил перед собой. ― Что ещё вы помните?
Я мысленно вернулась в прошлое. Такое чувство, будто, плавая в густой грязи, мои руки пытались схватиться за недосягаемые воспоминания. Картинки просто мелькали, но двигались так быстро, что мне пришлось поднапрячься, чтобы понять их смысл.
― Вы спросили, больно ли мне. В комнате отдыха вы спросили меня о том же, и я очнулась здесь.
Волнение, которое я видела в его глазах, угасло, в очередной раз, сменившись давней тревогой.
― Нет, мисс Саттон. Я никогда не спрашивал вас об этом. До недавнего времени.
― Спрашивали! ― снова закричала я, но отшатнулась, когда он полез в карман халата. Предположив, что он вытащит шприц, чтобы успокоить меня, я попыталась отодвинуться, но моё тело чувствовалось вялым и дезориентированным.
― Что за хрень со мной творится? ― я не могла сдержать слёз, не могла сдержать страх и страдание, ставшие моими постоянными спутниками в этом месте. Это один кошмар, перетекающий в другой, один паззл, который всегда будет потерянным кусочком, соединяющим всё происходящее в точке, где я бы всё выяснила.
― Вы всё ещё под влиянием препарата, который я дал вам для терапии. Его действие будет длиться ещё полчаса, но вы, по крайней мере, сможете за это время восстановить координацию и силы, чтобы покинуть эту комнату. А до тех пор... ― обернув свои руки вокруг моей талии, Джереми поднял меня обратно на кровать и поддерживал, пока я не почувствовала, что самостоятельно могу удерживать равновесие на краю. ― ... вы останетесь здесь, чтобы рассказать мне, что вы помните и не помните.