Он постучался, и дверь открыла маленькая Мария.
— Привет, Мария, душенька. Папа где?
— Они ждут вас. Проходите, дядя Эндрю.
— Спасибо, милочка, ты очень вежлива, — и погладил по голове девочку.
На кухне Эндрю заметил, как мисс Лиди накладывает еду всем, и он подошел к ним.
— Эндрю, друг мой! Ты пришел, наконец, мы заждались тебя. А вот и он, дорогие друзья.
Маркус пригласил всех одногруппников университета, и они все уставились на него.
— Добрый вечер всем! Маркус, я думал, что мы обойдемся скромным ужином, а ты вот как всё устроил.
— Конечно, сегодня же день твоего возрождения, — подмигнул ему Маркус. – Садись давай.
— Расскажи нам, как там в психушке? Там всё так страшно, как говорят?
— Страшнее, чем вы можете себе представить. Лучше постарайтесь туда не попасть.
Эндрю отвечал на вопросы с тяжестью в сердце. Воспоминания о его времени в психиатрической клинике ворвались в его разум, заставив его вздрогнуть от боли и тревоги.
— Да, — продолжил он, — там не стоит быть, если только это абсолютно необходимо.
Он не мог поделиться всей правдой о своём опыте в психиатрической клинике. В его воспоминаниях сливались страх и отчаяние, и он не хотел нагружать других своей болью и страданиями, которые он пережил.
Вместо этого он молча пожал плечами и промолчал.
— Давайте не будем об этом. Сегодня хороший вечер, давайте расскажем, чего добились в жизни после университета, – нарушил молчание Маркус, и все охотно присоединились к разговору.
Однако Эндрю не слышал их разговоров, в его ушах звенело, и он встал.
— Куда ты, Эндрю?
— Я сейчас вернусь, продолжайте трапезу, пожалуйста!
— Мне идти с тобой?
— Нет, нет, всё хорошо. Подышу свежим воздухом, что-то здесь душно.
Эндрю вышел на веранду и смотрел на луну, и он вспомнил о Люмирене, которого он оставил там совсем одного. Он чувствовал, что его решение было неизбежным, но это не уменьшало тяжести его потери. Словно тяжелый груз, чувство утраты опустилось на его плечи, и он понимал, что теперь их дружба останется лишь в воспоминаниях.
Он вздохнул с огромной тяжестью. В груди у него навязчиво стучалась боль, не давая ему забыть о Люмирене. Вспоминая его доверчивую улыбку и слова поддержки, Эндрю понимал, что его жизнь больше никогда не будет такой же. Слезы навернулись на его глаза, но он не позволил им вырваться наружу. Вместо этого он просто стоял там, смотря вдаль. Он ненавидел себя за свой поступок и с огромной силой ударил кулаком об ближайшую стену. Острая боль пронзила его кулак, но это было ничто по сравнению с той тяжестью, которую он нес внутри.
"Почему ты это сделал, ничтожество?" — раздавался его голос в его разуме. Он корил себя за то, что оставил Люмирена, своего эльфийского друга, когда тот нуждался в его поддержке больше всего. Он чувствовал себя предателем, пустой и беспомощной тварью.
Вытерев слезы с глаз и с тяжестью на сердце, он направился обратно в дом.
— Мне надо домой, что-то нехорошо себя чувствую, – заявил он, пряча руку в карман.
— Что с тобой, друг?
— Ничего такого, видимо, я слишком сильно устал и не до конца отдохнул. Если вы не против, я пойду.
— Тебя проводить? Я пойду с тобой.
— Нет, не надо. Проводите время вместе, вы же долго не виделись. Я очень рад вас всех здесь видеть. Спасибо, что пришли на это мероприятие, и отдельное спасибо тебе, Маркус, за то, что устроил это для меня. Я очень ценю это. Благодарю всех за всё, а теперь я покину вас. Доброй ночи.
— Он изменился, – начали за столом одногруппники. – Раньше его энергия била через край, и он был самым весёлым и жизнерадостным из нас. А теперь смотреть больно на него.
— Наконец он взрослеет, принимает и видит этот мир таким, какой он есть. Раньше он только говорил такие бредни, да так, что был смешон.
— Что вы хотите от человека, который только что вышел из ада? – заявил Маркус. – Вы думали, он будет плясать тут перед нами? Не говорите глупостей, друзья.
— Нам тоже пора, Маркус, уже поздно. Спасибо за вкусный ужин, всё было наилучшем виде, как всегда. Доброй ночи!
Тем временем, по пути к дому, Эндрю погрузился в раздумья, пытаясь разобраться в своих чувствах. И когда он вновь оказался в доме, в душе его стало чуть легче. Сев за стол, Эндрю взял свой дневник и ручку, чтобы начать выражать свои мысли. Слова текли из его ручки, словно ручей из источника, они были полны эмоций и искренности. Это был его способ выразиться, и он надеялся, что это поможет ему освободиться от тяжести, которая давила на его сердце.
«Видимо, я поспешил с этой датой. Сегодняшняя дата стала для меня мучительной преградой в моей жизни. Я трус и предатель, вот кто я! Я виноват, что оставил его. Я знал, что ему нужна помощь, но убежал, оставив его одного с его муками. Я предал своего друга и теперь не могу простить себя за это. Я так сильно жалею о своём поступке. Я хотел бы вернуть время назад и изменить всё, но я знаю, что это невозможно. Моя вина будет сопровождать меня каждый день, напоминая об этом на каждом шагу.»