Однажды, сидя в комнате вечерними сумерками, Эндрю вдруг захотел увидеть Маркуса. Он встал, оделся и вышел из дома. Вечер выдался прохладным, однако он не чувствовал холода, в его голове была лишь одна мысль — добраться до друга. Встав около его дома, он колебался, стоит ли постучать в эту дверь или уйти. Решимость оказалась выше, и он наконец постучал. Маркус жил в очень уютном и скромном доме, который они с женой построили. В этом доме царила любовь, покой и умиротворение.
Дверь открыла Лиди. Она была очень милой женщиной с добрыми глазами, светлыми, собранными волосами и мягкой улыбкой на лице. Она всегда была известна своей добротой и гостеприимством, и сейчас она выглядела такой же приветливой и радушной.
— Добрый вечер, Эндрю, — приветствовала она, преклоняя голову. — Не ожидали вас увидеть у нас. Проходите, не стойте у порога.
Эндрю улыбнулся в ответ на её добрые слова, чувствуя, как напряжение в его груди начинает рассеиваться.
— Добрый вечер, Лиди, — ответил он, испытывая приятное облегчение от её присутствия. — Маркус дома?
— Да, конечно. Он как раз садился принимать ужин после работы. Вместе с нами покушайте. Вы как раз вовремя.
— Кто там, милая? – услышался голос с кухни.
— Эндрю пожаловал к нам, – не успела сказать она это, как Маркус выбежал оттуда и уставился на него.
— Ну здравствуй, друг, давно тебя не видел. Как я рад тебя видеть! Проходи на кухню, покушай с нами.
— О, я не хотел доставить вам неудобств. Я, наверное, пришёл не вовремя.
— Какие глупости, Эндрю! Ты всегда желанный гость в нашем доме! Лиди, положи, пожалуйста, гостю тоже.
— Конечно, дорогой! Садитесь, Эндрю.
Эндрю сел за стол и стал осматриваться вокруг: царила теплота и забота. Детишки Маркуса бегали по дому и играли. Жена стояла у плиты и накладывала еду для него. И Маркус, который смотрел на него с некой теплотой и улыбкой.
— Я очень удивлен, что ты пришёл к нам.
— Да, я захотел тебя увидеть и провести с тобой время. Так много времени прошло, как мы не виделись.
— И то верно. Как ты себя чувствуешь? Пришёл в себя?
— Да, намного лучше, чем было. Боль отпускает потихоньку, и я начинаю чувствовать себя лучше.
— Я очень рад это слышать. Ты не представляешь, как я скучал по тебе и по нашей дружбе.
— Ты прости меня за тот раз, и Лиди, ты меня тоже прости. Я вёл себя как дурак.
— Какие извинения, Эндрю?! Полно, прекратите! Вы наш гость и лучший друг моего мужа, вам незачем просить прощения.
— И всё-таки мне будет спокойно, если вы скажете, что простили меня.
— Ладно, ладно, я вас прощаю.
— Теперь я спокоен и смогу полностью насладиться ужином. Приятного аппетита всем.
Маркус и Эндрю, сытые после ужина, решили провести время на веранде, наслаждаясь прохладным вечером и свежим воздухом. Они уселись в удобные кресла, смотря на темнеющее небо, где звезды начинали ярко сверкать.
— Что-то сегодня холодновато, не находишь? — прервал тишину Маркус.
— Да, охотно соглашусь. Однако небо превосходное, смотри, какие звёзды виднеются.
— Почти каждую ночь я вижу эту картину и наслаждаюсь этим.
— Ты счастливчик, Маркус, у тебя есть всё, чтобы быть счастливым.
— Ты тоже можешь быть счастливым и наслаждаться жизнью. Я уверен, что ты сейчас найдешь своё счастье.
— В каком смысле?
— Ну, я вижу, как ты изменился. Ты стал более сдержанным и серьёзным. В твоих глазах я вижу взросление и понимание этого мира. С тобой очень приятно побеседовать.
— Может быть, ты и прав. Но у меня такое чувство, как будто я потерял частицу себя. Да и в целом я вообще потерял самого себя.
— Почему ты так думаешь?
— Да, там я хоть и страдал от этих лекарств и терапии, но всё равно находил покой. У меня был друг по имени Люмирен.
— Какое странное имя, он не англичанин?
— Я так же подумал, когда услышал это имя, – посмеялся Эндрю, – но это действительно так. Не знаю, откуда он, но считал он себя эльфом. Он мне рассказывал свою историю, как он попал в этот мир, и я находил это весьма интересным и захватывающим.
— Погоди… Эльф?
— Да, у него были заостренные уши, и он был похож на эльфа. Я до сих пор помню его белоснежное грустное лицо, когда он смотрел вслед, когда мы выходили из больницы. Это лицо снилось мне каждую ночь и не давало мне покоя. Я был разбит вдребезги и чувствовал себя предателем, когда оставил его там. Мне было больно и больно до сих пор.