— Я все еще убеждена, что ты слишком остро реагируешь.
Моя соседка закатывает глаза.
— А я убеждена, что это лишь вопрос времени, когда животное нападет на меня посреди ночи, пока я сплю. Я бы не хотела рисковать.
— Во сколько я должна быть здесь, чтобы впустить службу?
— Понятия не имею. — Моя соседка по комнате пожимает плечами. — У засранца есть ключ, и засранец должен вызвать дезинсектора.
Она выходит из комнаты и возвращается с набором для ночлега. Зубная щетка. Зубная паста.
— Думаю, он напишет и предупредит нас только минут за десять, так что, надеюсь, мы будем на занятиях. Я не хочу с ним разговаривать. Домовладелец может разобраться с этим сам. Если он этого не сделает, это будет опасно для здоровья или что-то в этом роде.
Так ли это?
Бетани бросает на меня последний взгляд, прежде чем застегнуть молнию на сумке.
— Честно говоря, я думаю, что ты используешь это как предлог, чтобы поехать к своему парню на несколько дней. Нет никакой необходимости уезжать.
Это грызун, а не бомба.
— Мне не нужен повод, чтобы остаться с Джоном на несколько дней. — Она наклоняет голову. — Все равно не хочу рисковать.
В такие моменты я вспоминаю, насколько требовательны к себе мои соседи по комнате по сравнению со мной, которая готова остаться в доме и надеяться, что белка-людоед не ворвется через стену моей спальни.
В смысле, каковы реальные шансы?
— Хорошо. Ты знаешь, где меня найти, если что-то понадобится.
Как будто мне что-то понадобится?
Пфф.
— Думаю, что справлюсь, ты ведь будешь всего лишь в квартале от меня.
Я преувеличиваю. Парень Бетани живет дальше, чем в квартале, но мне все равно не понадобится много времени, чтобы добежать до его дома.
— Со мной все будет в порядке. — На самом деле. — Наконец-то дом в моем полном распоряжении. Я когда-нибудь раньше была здесь одна?
Нас всегда трое.
Джилл и Бетани живут в одной комнате. У меня есть роскошь быть в собственной комнате благодаря жеребьевке, которую мы провели перед переездом. Именно она решила, кто в какой комнате будет жить.
Как только Бетани уходит, я не знаю, что делать в первую очередь!
Прыгать на диване?
Бегать из комнаты в комнату голышом?
Съесть всю еду с надписью «ДЖИЛЛ»?
Вместо этого я набираю ванну, наливаю в воду здоровую порцию масел и смотрю, как поднимается пар. Не так уж часто мне удается занять ванную. Она всегда кому-то нужна: сделать прическу, заняться уходом за кожей, принять душ, почистить зубы или сходить в туалет.
Это будет так здорово.
Я нахожу в гостиной роман, который Бетани недавно принесла домой, и переворачиваю его, чтобы прочитать аннотацию.
Хоккейный роман?
Я усмехаюсь.
Конечно, она будет читать хоккейный роман, когда у нас по соседству дом полный хоккеистов. Совпадение?
Думаю, нет.
Я беру книгу с журнального столика и несу ее в ванную вместе с халатом, свежим полотенцем и тапочками. Проверяю воду кончиком пальца, прежде чем ступить в нее, и отодвигаю занавеску для душа, чтобы она не болталась в воде.
Опускаюсь в воду.
Вздыхаю, когда погружаюсь до груди, затем опускаюсь ниже, чтобы вода покрыла плечи, и закрываю глаза.
— О-о-о...
Вот это жизнь.
Никаких соседей по комнате, никаких экзаменов, к которым нужно готовиться, и холодильник, полный еды, за которую никто не может на меня накричать.
Повезло, так повезло.
Я лежу так несколько минут, наслаждаясь тишиной, а затем вытираю руки от воды, высушиваю их махровым полотенцем, которое положила рядом с ванной, и беру в руки книгу в мягкой обложке, которую оставила на крышке сиденья унитаза.
Что это было, черт возьми?
Я замираю, направив пульт дистанционного управления на телевизор.
Царап, царап.
Я прислушиваюсь.
Наклоняю голову, чтобы лучше слышать, и уменьшаю звук на пульте.
Царап.
Приподнимаюсь, принимая сидячее положение, все еще в халате после ванны, потому что не совсем удобно лежать голой, а вот так уютно.
Застываю на кровати, а царапающий звук не прекращается, как будто что-то грызет стену. Или провода в стене? Или...
Похоже, это в моем шкафу.
Не может быть.
Не может этого быть.
Я бы услышала это раньше, да?
Бетани и Джилл слышали, а ты высмеяла их за драматизм.
Те самые соседки по комнате, которые, напомню, благополучно покинули дом, пока не придет домовладелец со специалистом по борьбе с вредителями.
Черт.
Как я буду спать, когда это существо — кем бы оно ни было — грызет гипсокартон?
Царап, царап...
Выключаю звук на телевизоре, чтобы послушать, но на этот раз встаю с кровати и иду к месту действия. Отодвинув в сторону аккуратно висящие на вешалке рубашки, я просовываю сквозь них руку и сильно бью по стене.
— Получи, маленькая зараза.
Делаю паузу, когда царапанье прекращается, испытывая облегчение.
— Хватит, — говорю я. — Ты меня напрягаешь.
Прикладываю руку к груди и чувствую, как бешено колотится мое сердце.
Затем.
Как раз в тот момент, когда собираюсь закрыть шкаф и повернуться, чтобы вернуться к кровати, я вижу глаза.
Маленькие карие глазки-бусинки смотрят на меня поверх фланелевых рубашек, висящих на верхней вешалке. Я открываю рот, чтобы издать душераздирающий вопль, когда белка протискивается через проделанное ею крошечное отверстие и прыгает на мой туалетный столик, сбивая на пол флакон духов.
— БОЖЕ МОЙ!
О боже, о боже, о боже.
Я направляюсь к двери, захлопываю ее за собой, и, черт возьми, В МОЕЙ КОМНАТЕ ЗАПЕРТА БЕЛКА.
О боже, о боже, о боже.
Что делать?
— Что мне делать? — кричу я, размахивая руками. — Где мой телефон, где мой телефон?!
Дрожащими руками нахожу контакт Бетани в своем телефоне и нажимаю «ПОЗВОНИТЬ», и, конечно же, звонок тут же переходит на голосовую почту.
О боже, о боже, о боже.
Что же делать?
Я умру здесь из-за бешеной белки.
Бросаюсь на кухню и отчаянно ищу записку с номером мобильного телефона нашего домовладельца. Не найдя её нигде, роняю телефон, так сильно у меня дрожат руки.
— Успокойся, Лиззи. Белка тебя не достанет.
Нет.
Эта чертова тварь не сможет добраться до меня, но может изгадить все в моей спальне, разнести все внутри и свить гнездо, пока заперта в моей комнате, и, о боже, что, если она приведет своих друзей на свою маленькую вечеринку?
Их должно быть больше. Разве они не путешествуют стаями?
Что мне делать?
Бетани не ответила на мой звонок. Без сомнения, она где-нибудь в баре, беззаботно веселится, и все такое, с плохой сотовой связью. Тем временем я нигде не могу найти номер телефона домовладельца, который точно есть у моих соседей, а мои родители живут слишком далеко, чтобы папа мог помочь.
Я кусаю нижнюю губу.
Жаль, что окно в моей спальне не было открыто, потому что, возможно, крошечный коричневый варвар понял бы намек и отправился в путь.