Лиззи: ЛОЛ БОЖЕ
Салли: Это «да»?
Лиззи: Да.
Слова Салли внесли столь необходимую ясность в ситуацию с Броуди, но в то же время оставили больше вопросов, чем ответов.
Готова ли я рискнуть с человеком, который, возможно, не готов к серьезным отношениям?
Или мне лучше покончить с этим и двигаться дальше?
Окончить с этим и больше не подпускать его к своей киске. Уф, но он делает это так хорошо.
Броуди и его гребаный золотой, волшебный язык.
Броуди, который еще ни разу не пытался заняться со мной сексом.
Почему?
Почему он не пытался?
Я понимаю, что он не такой напористый и более застенчивый, но он даже не попытался меня соблазнить или что-то в этом роде... даже когда я была у него на коленях прошлым вечером у него дома. Я бы согласилась на танец на коленях, если бы он хоть как-то дал понять, что согласен на это.
Но он не дал.
И что... это нормальное поведение парня?
Не может быть, чтобы он ждал более глубокой связи, не так ли? Броуди — сапиосексуал? Это возможно?
Я прокручиваю эту идею в своем мозгу. Прикусив нижнюю губу, глубоко задумываюсь, глядя на экран своего телефона, чтобы узнать о сапиосексуальности.
Эта идея вызывает дрожь по позвоночнику, наполняя меня странной смесью волнения и неуверенности: возможно ли, что Броуди больше интересует мой разум, чем мое тело?
Это, конечно, объясняет, почему он до сих пор не сделал ни одного шага в мою сторону, несмотря на то, как весело мы проводили время, и на то, что между нами была химия.
Я прокручиваю в голове наши разговоры, ища подсказки, которые подтвердили бы мою теорию.
Броуди без проблем вступал со мной в глубокие, содержательные разговоры, даже если мы делали это, играя в детскую настольную игру. И мне показалось, или его глаза загорелись энтузиазмом, когда я рассказала ему о лучшем подарке, который я когда-либо получала, о любимом детском воспоминании и о том, чем хочу заниматься в жизни после окончания университета.
Как будто его притягивал мой интеллект, завораживал ход моих мыслей?
Или нет?
Ух!!!
Я замираю, вслушиваясь в темноту в поисках признаков белки, и продолжаю чтение, когда слышу лишь абсолютную тишину.
— Но, может быть, я просто слишком многого начиталась. Может, Броуди просто не торопится? — размышляю я вслух, что кажется абсурдным: звук моего собственного голоса слышит только мой беличий заклятый враг. — Если мы с ним начнем встречаться, — кричу я притаившемуся зверьку в стене. — Ты в полном дерьме!
Что, если он просто уважает мои границы и ждет, когда я сделаю первый шаг? Что, если хочет, чтобы я сказала: «Броуди, просто сделай это. Какого черта ты ждешь, вставляй уже».
Если говорить начистоту, он умрет от смущения.
Перебирая в уме все возможные варианты, я зеваю, окончательно устав.
Не могу не почувствовать трепет возбуждения в груди.
И в моей вагине.
Мысль о том, что Броуди может увлечься мной не только из-за моей внешности, одновременно захватывает и пугает. Я имею в виду, подумайте об этом! Вы знаете, как редко такое встречается в студенческом городке?
Броуди настоящий единорог.
Я нашла себе единорога.
Убедившись, что наша связь глубже, чем та лужа, которую я раньше себе представляла, я забираюсь под одеяло и зажмуриваю глаза. Сосредотачиваюсь на сне.
С вновь обретенным чувством уверенности в том, что разгадала код, я засыпаю с довольной улыбкой на губах.
ГЛАВА 29
БРОУДИ
— Чувак, у тебя есть минутка?
Я поворачиваю голову и вижу Салли. Одно полотенце обернуто вокруг его талии, а другое накинуто на плечи.
Мы только что закончили изнурительную тренировку на льду, а теперь? Теперь мы расслабляемся в раздевалке. Я не спеша раздеваюсь, снимаю все свои щитки, экипировку и промокшую от пота одежду, мечтая принять горячий душ и забраться в одну из ванн, в которых можно понежиться.
Я почти ощущаю это на вкус.
Мне почти удается сбежать, но я слишком медлительный. Салли останавливается передо мной.
— Отличная работа ног, — хвалит он меня, придерживая полотенце на своих узких бедрах.
— Спасибо, — ворчу я, хватая полотенце. Или три, на всякий случай, и уже поднялся бы, если бы не мой сосед по комнате, который поставил ногу скамейку, на которой я сейчас сижу, и его член и яйца выставлены на всеобщее обозрение.
— Чувак. — Я прикрываю глаза, изображая ужас. — Засунь мышь обратно в дом.
Господи.
— Итак. — Он делает драматическую паузу. — В последнее время вы с Лиззи, кажется, подружились, — небрежно замечает он, обеими руками вцепившись в полотенце, перекинутое через плечо, и наклоняется ближе ко мне на скамейке, чтобы говорить тише.
Я чувствую, как при упоминании имени Лиззи у меня внутри что-то сжимается.
Он все еще интересуется ею?
Это то, что он собирается мне сказать?
Не будь идиотом. Если бы он хотел добиться ее расположения, то сделал бы так, чтобы ты не мог с ней общаться.
Перестань делать поспешные выводы.
— Да, мы много общаемся, — отвечаю я так бесстрастно, как только могу, стараясь сохранить непринужденный тон, несмотря на порхающих в груди бабочек. — Она классная штучка.
Классная штучка?
Лиззи убила бы меня, если бы услышала, что я назвал ее «классной штучкой».
Салли поднимает бровь.
— Классная, да? — повторяет он.
— Да. Классная. — Я сопротивляюсь желанию закатить глаза, внутренне сокрушаясь.
— Я не должен говорить тебе об этом... — Салли не замечает моего дискомфорта от того, что его гребаный член находится так близко к моему лицу.
Ему просто наплевать.
— И все же ты собираешься мне сказать.
Я поднимаюсь, собирая свои вещи, чтобы прачечная постирала мою тренировочную форму, а затем аккуратно вешаю свои накладки в шкафчик.
— Знаешь, она, кажется, думает, что между вами может быть что-то большее. — Он прищелкивает языком.
— Откуда ты знаешь, что она думает?
Каким-то образом мне удается контролировать свой тон, чтобы голос меня не выдал, но его слова вызывают у меня неприятные ощущения.
— Она написала мне.
Написала ему?
— Зачем?
Салли пожимает плечами, изучая свои ногти.
— Ей нужен был совет.
— Совет о чем?
— О тебе, идиот. — Он разочарованно вздыхает. — Не тормози, черт возьми.
Я стараюсь изо всех сил, но та часть моего мозга, которая испытывает к ней романтические чувства, и другая часть мозга, которая вечно раздражена моими соседями по комнате, сталкиваются, вызывая ступор.
— Так что?
— Зачем тебе это знать?
— Потому что она написала мне, чтобы попросить совета. И она мне нравится — не в сексуальном смысле, — спешит добавить он. — Я думаю, мы друзья, как бы это странно это не звучало.
Да, это странно. Мысль о том, что Салли может быть другом кого-то, у кого есть пара сисек, и с кем он не трахается, просто в голове не укладывается.
— Вы дружите только потому, что она тебя отшила.
— Это факт. — Он смеется. — Так что насчет вас двоих?
Нас двоих? Не моя вина, что Лиззи думает, что между нами может быть что-то большее, правда? Мы приятно проводим время. И я предпочитаю не навешивать ярлыки и не ускорять то, что мы только начали.