Яна только вздохнула, судорожно сжимая руль.
Яна надела темно-коричневое платье с кружевным воротничком, под который приколола пластмассовую брошечку с цветным стёклышком, а для Витольда Леонидовича подобрала несколько заношенный, светло-серый мешковатый костюм и голубую рубашку в крупную полоску, застёгнутую у шеи на пуговку.
— Мне только гармошки не хватает, — усмехнулся Витольд Леонидович. — Как у деда на завалинке.
До ресторана Мартина они доехали очень быстро. Всю дорогу Витольд Леонидович еле сдерживался, чтобы не расхохотаться в голос.
— Ты бы себя видела! Лихая бабулька за рулем!
— А ты бы видел себя! — хмыкала Яна. — Хорошо смеётся тот, кто над собой смеётся первым. Я смотрю, у тебя прямо пропорциональная связь: чем меньше остается коньяка в твоей фляжке, тем веселее ты становишься. Ты смотри, не напейся. И окно закрой: ветер дует, усы отклеятся.
— Кто не работает, тот не ест. Потому что пьёт.
Яна знала, что заведение Мартина весьма демократичное и команда у него отличная, состоит из доброжелательных людей. Поэтому двух стариков спокойно пропустили пообедать.
— Ты не перестаралась с гримом? Я уж думал, что фейсконтроль мы не пройдем, — ворчал Витольд Леонидович.
Они сидели за столиком и выглядели как старая супружеская пара. Яна убрала свои длиннющие волосы под седой парик а-ля лохматая Пугачёва. Витольд Леонидович поглядывал на Яну с явной опаской, вид у нее был несколько безумный. Лицо Цветкова тоже загримировала и выглядела женщиной далеко за семьдесят. Витольду Леонидовичу Яна сделала лысину, по бокам которой свисали лёгкие прядки волос, приклеила усы и бороду. Он морщил седые густые брови, клей высох, стянул кожу, и Витольд Леонидович непроизвольно трогал брови рукой.
— Перестань нервничать, — одёрнула его Цветкова. — Ты неотразим.
— Ты видела себя в зеркале? — не утихал Витольд Леонидович. — Да! Невольно станешь философом. Время — лучший лекарь, но отвратительный косметолог.
— Тебе что, грим не нравится? Так гримировали лешего в детском спектакле, очень даже симпатично.
— Да? Ты находишь? У меня от клея всё лицо стянуло.
Яна погладила друга по руке.
— Да ладно тебе. Потерпи, не маленький. Смотри, официантка идет… Кажется, ее зовут Ксения. Интересно, узнает она меня или нет?
— Да тебя сам черт не узнает, не волнуйся.
— Здравствуйте. Рады приветствовать вас в нашем ресторане, — мило улыбнулась посетителям Ксения. Что вам можно предложить? У нас хороший бизнес-ланч от трехсот рублей, — предложила она экономный вариант и положила перед ними меню.
— Бизнес-ланч? Нет… — открыл меню Витольд Леонидович.
— Когда сделаете выбор, пожалуйста, нажмите кнопку вызова, и я сразу же к вам подойду.
Ксения отошла к соседнему столику.
— Не узнала, — шепнула Витольду Яна, наклонившись к нему.
— Да тебя и мать родная не узнала бы.
— Мать свою дитятку всегда узнает, — ответила Яна, изучая меню. — Рекомендую на горячую закуску морские гребешки с пюре из батата, белыми грибами и трюфельным соусом, тёплый салат с осьминогом, щи из щавеля с перепелиным яйцом, а на горячее — стейк из тунца на гриле. — Яна закрыла меню. — А на десерт можно заказать меренговый рулет с ягодами.
— Эй, ну хватит! Тут всё будет вкусно, я уже понял, — нажал на кнопку вызова официанта Витольд Леонидович. — Только бы не забыть…
Через секунду Ксения оказалась рядом и открыла свой блокнотик.
Витольд Леонидович сделал заказ, Яна попросила принести ей горячие устрицы со спаржей, крем-суп с раковыми шейками, малиновое суфле и воду без газа.
— И принеси мне, дочка, еще грамм сто коньяка, — попросил Витольд Леонидович. — А бабке моей не надо, женщины у нас боролись, боролись за равноправие, вот и доборолись. Она у меня сегодня за рулем.
— Понимаю, — улыбнулась Ксения и ушла выполнять их заказ.
— Как же у меня чешется лицо. Просто сорвал бы всё это, — пожаловался Витольд Леонидович.
— Бывает такая реакция на клей, на который клеится борода и усы. Потерпи. Ой, всё, он идет!
Яна знала привычки Мартина. Примерно в одно и то же время он обедал у себя в ресторане за одним и тем же столиком, который возвышался на небольшом подиуме и на котором всегда стояла табличка «Резерв».
— Тише-тише! Ты даже под пудрой побелела вся, — сказал ей Витольд Леонидович и скосил глаза на Мартина.
На Мартине были темно-серые брюки и синее поло. Ксения подошла к нему, улыбаясь во все тридцать два зуба. Мартин улыбнулся в ответ, они перекинулись парой слов, и официантка отправилась на кухню. Яна предположила, что Мартин мог попросить ее принести обычный бизнес-ланч, чтобы перекусить на скорую руку и бежать дальше по делам.