— Всё-всё, отпустило. У вас всё спокойно?
— Как в морге, — заверил его Витольд Леонидович.
— Яна, тебе Мартин не звонил? — спросил Ольшанский.
— Нет, а что? — Яна вытащила телефон. — Я тут заснула не вовремя. Господи!
— Что? — вскинулся следователь.
— Ни одного сообщения от Мартина и ни одного пропущенного! — воскликнула Яна. — Так никогда не было! С ним что-то случилось! Так и знала! Я чувствовала! Где он?
— Успокойся! Яна, возьми себя в руки, — подошел к ней Витольд Леонидович и встряхнул за плечи.
— Петр, ты приехал сообщить, что Мартин пропал?
— Да. Надеялся, может, он у вас. Телефон недоступен, его нигде нет, и он никому не звонил.
— Как так? В свете последних событий вы же знали, что ему грозит опасность! Надо же было охранять! — заплакала Яна.
— Да охраняли его. Была «наружка» у его клуба. Опытные сотрудники. И всё вроде было в порядке, пока после обеда он не выскочил как сумасшедший из ресторана и не уехал. Да! «Наружка» не справилась, он ушел от них профессионально на большой скорости, может, даже заметил слежку. Скорее всего, заметил. Он умеет профессионально уходить от слежки.
— Ну, как так-то? Ищите мотоцикл! Ищите машину! Вы хоть что-то делаете? — не могла себя взять в руки Яна. — Вы что, не понимаете, что каждая минуту на счету? Ему же кровь могут всю выкачать! Маньяк добрался до него!
— Конечно, мы работаем, — попытался успокоить Цветкову Петр Иванович. — У нас уже есть подозреваемые.
— Кто? Кто это? Я его знаю? Скажи! Может, я знаю, где его найти!
— Мартин обедал в ресторане. Рядом с ним находилась странная парочка. Ушли сразу же после него. Возможно, действовала банда, — сказал Петр Иванович и показал свой телефон. — Вот, служба наружного наблюдения прислала фотографию. Знаешь их? Хотя вряд ли. Не твоя возрастная категория.
Витольд и Яна посмотрели на фотографию, а потом друг на друга.
— Борода уму не замена… — протянул Витольд Леонидович, потому что Яна вообще потеряла дар речи. — У меня две новости: плохая и очень плохая. С какой начать?
— Вы знаете их? Ну хорошо. Давай постепенно повышать градус. Начинай с плохой, только для кого? — спросил Петр Иванович.
— Для следствия. Эти двое ряженых — мы с госпожой Цветковой. Да-да, в гриме. Яна тоже хотела приглядеть за любимым, чтобы удостовериться, что с ним всё хорошо. Вот мы и заявились в ресторан, — сообщил патологоанатом.
— Да вы что? — оторопел Петр Иванович. — Вы издеваетесь? Как это?
— Грим из моего родного ТЮЗа — и перед вами ведьма и дед Лесовик, — наконец разлепила губы Яна, с ужасом думая только о том, что у следствия нет ни одной ниточки.
Была одна, и та оборвалась. А еще она подумала, что только навредила Мартину. Не заявись они к нему в таком экстравагантном виде и не отвлеки они все внимание на себя, возможно, под наблюдение сыщиков попал бы настоящий преступник.
— Вам же было сказано сидеть здесь и не высовываться! — повысил голос следователь, тоже понимая, что оперативники лопухнулись, переключив внимание на странную парочку. — Хотя к кому я обращаюсь? Это же Цветкова! Ей и закон не закон, и слово — не слово.
— Я не хотела. Просто убедиться бы… — шмыгнула носом Яна.
— Убедились? А мы все силы задействовали, машину ищем. Номера грязью заляпаны.
— А чего ее искать? Моя машина вон с торца морга припаркована, — ответил Витольд Леонидович.
— Тьфу! А что за совсем плохая новость? — спохватился расстроенный следователь.
— Так мне придется извиниться перед Яной. Я назвал ее не очень хорошей гримершей. А тут такой ажиотаж. Хороший грим-то был! — пояснил патологоанатом.
— Ты еще смеешь шутить? — на мгновение перестала плакать Яна. — Тебе смешно, а Мартина сейчас, может, убивают!
— Я не шучу. Я прошу прощения серьезно. И потом, не надо хоронить Мартина раньше времени. Он — крепкий малый, и его ждет очень хороший бонус в твоем лице. Он не умрет, — подбодрил ее Витольд Леонидович.
— Яна, — сказал Петр Иванович, — может быть, это не очень хорошее утешение, но из трех покушений только одно со смертельным исходом.
— Я поняла. Больше шанс, что его просто покалечат, а не убьют, — ответила Яна.
— Значит так! Сидеть здесь и нюни не распускать! А мы будем искать Мартина! — встал Петр Иванович.
— Я с тобой! Я не буду сидеть, как крыса в норке, зная, что любимый пропал, — вызвалась Цветкова. — Теперь меня здесь никто не удержит. Я должна ему помочь.
— Яна, не хватало, чтобы еще и ты сгинула! Мартин тоже говорил, что с ним ничего не случится! Я запрещаю. Оставайтесь здесь. Будут новости, я вам сразу же сообщу. — Петр Иванович пошатнулся и вышел.