- Угомонись, дикая. - Мужчина рывком прижал меня к себе, мокрые тела соприкоснулись и от этого неожиданно сладко откликнулось где-то внутри живота. Я замерла и уставилась на него во все глаза. Никогда не испытывала подобного. - Что? Потекла?
Мгновенно всё марево, как рукой сняло. А вот он время зря не терял и теперь активно изучал мою пятую точку своими крупными ладонями.
Злые слёзы выступили на глаза. Ну что я могу сделать? Я ведь ему до плеча едва достаю. Вопросы крутились в голове тошнотворной каруселью. Я не могла понять кто он, но одно стало ясно. Чужака просто так не впустили бы в дом. И будь он, как принято говорить, классом ниже, не смог бы тогда так со мной разговаривать и обращаться. Вот они современные представители богатых семей: лапают и унижают, сначала стирают в порошок, а потом этот же порошок прокатывают между пальцами и стряхивают, как пыль. Только я не такая, как бы отчасти это смешно не звучало.
Молодой мужчина склонился к моему лицу, капли воды красиво повисли на его динных ресницах.
- Обещаю, что не сделаю больно. - Практически прошептал в мои губы.
- Я могу тебе доверять? - Также тихо спросила я, на что получила лишь утвердительный кивок.
Видела в его глазах недоверие, когда склонялся ко мне за поцелуем, хищные глаза так и ждали лишнего движения. Его губы на удивление оказались запредельно нежными, сначала лишь лёгкое касание, он меня изучал. Я схватилась за его плечи, когда он внезапно усилил напор. Пора. Обхватила его нижнюю губу, слегка её лизнула, а потом вцепилась зубами. И не отпустила, пока не хлынула кровь. Надеясь, что причинила боль, попыталась от него оттолкнуться, но не тут то было, он лишь обхватил меня покрепче. Поцелуй не прервался, он зло наказывал меня. Пыталась вырваться, мычала в его губы, но всё прервалось только тогда, когда совсем рядом прогремел голос моего отца.
- Какого хрена? - Взревел папа. И меня наконец-то отпустили.
Я подняла на Громова старшего глаза и желание расплакаться появилось с новой силой. Меня колотило от озноба, отчаяние съедало изнутри, а по подбородку стекала тёплая кровь.
- Иди ко мне. - Папа раскинул руки с полотенцем и я стала медленно передвигать ногами, отчего-то они совсем не хотели меня слушаться.
Когда подошла к самому бортику, попыталась опереться на руки и подтянуть тело вверх, но сил совсем не хватало. Взади меня послышался плеск воды и крепкие руки подхватили меня за бёдра, поднимая вверх, папа перехватил за руки и тут же укутал в полотенце.
- Не приближайся к моей дочери. - Его губы побелели от злости.
- Тагир! - Рядом возник мужчина и весь его взор был устремлён в сторону бассейна. Я оглянулась, незнакомец вышел из воды и теперь направлялся в нашу сторону, из его губы струилась кровь, но он даже не пытался её остановить, так и шёл с вниз опущенными руками.
- Пойдём. - Папа мягко направил меня к выходу, позади слышалась громкая брань. Я обернулась именно в тот момент, когда мужчина постарше замахнулся и хлёстко ударил Тагира по лицу, но тот никак не отреагировал, его лицо качнулось, а взгляд был полностью направлен на меня. По коже снова прошёля озноб и я покрепче прижалась к отцу.
Так я и познакомилась с Тагиром Орбелиане.
Наше время.
- Отпусти их, Тагир. - Тихо потребовала я.
- Это не то, что я хотел услышать. - Его брови сомкнулись на переносице.
Мы уставились друг другу в глаза. Скучала ли я по нему? Какой смысл мне обманывать себя. Скучала. Скучала по его касаниям, по его общению, по нему самому. Но ненавидела, пожалуй, больше.
Он кивнул одному из своих людей и тот немешкая прострелил голову мужчине, что был под его прицелом. Я лишь сомкнула глаза и отвернулась. Ещё одна смерть на мои плечи опустилась титанической плитой. Сколько ещё должно погибнуть людей? Я чувствую, как внутри меня что-то надламливается. Это трещит мой стержень. Насколько ещё его хватит? А насколько хватит меня?
- Тагир... - Начал Владимир, но тот прервал его взмахом руки.
До него не достучаться, не добраться. Он сейчас не в поле нашей орбиты.
Медленно встала и направилась в его сторону, глядя прямо ему в глаза. Пусть прочувствует свою победу и спляшет на моих костях.
Тагир.
Остановилась в полу метра от меня. Смотрит своими зелёными глазами, прямо и упрямо. За всю жизнь только она так могла на меня смотреть, только ей я это разрешал.