Пульс зашкаливает, тело трясёт в лихорадке. Пальцы покалывает от желания её коснуться, но если я это сделаю, то не удержусь и убью. Задушу голыми руками, а потом пущу пулю прямиком себе в лоб.
5 глава.
Смотрела на него и не могла понять, кто передо мной. Он возмужал, ещё больше оброс мышцами, но во взгляде ничего человеческого. Никакого помилования и ни одного грамма сочувтсвия. Мне конец. Пожила красиво и хватит. Хотя кого я обманываю, красиво я жила только до встречи с ним.
Подошла к Тагиру вплотную, нарушая его личное пространство настолько, насколько хватило смелости.
- Я хочу поговорить наедине. - В глаза ему не смотрела, потому что, да, боялась. Себя за это ненавидела, но боялась.
- Ты потеряла шанс что-то хотеть, когда сбежала. - Ответил сквозь зубы.
Повисла тишина, настолько напряжённая, что ею можно было разрезать пространство.
- Пожалуйста. - Такое жалкое и такое безнадёжное.
Я уставилась на его грудную клетку, возможно, только она и выдавала его, слишком быстро поднималась и опускалась, будто долго бежал и наконец-то остановился.
Тагир молча развернулся и вышел из комнаты, я помедлила, но тут же последовала следом. Уж я то знала, что ни один его человек даже не шелохнётся без его команды.
Мы зашли на кухню, я плотно закрыла за нами дверь. Не хочу, чтобы кто-то другой слышал мои унижения. Именно унижения. Потому что сейчас я буду умолять и торговаться.
Он встал у окна, достал пачку сигарет и закурил. Значит снова начал.
- Тагир... - Я хотела продолжить, но он резко поднял руку и зажмурился, давая понять, чтобы замолчала.
Снова повисла тишина. Пусть докурит, я могла ждать, когда это было необходимо.
От безнадёжности подошла к плите, потрогала чайник, горячий, можно и чайку заварить. Сполоснула чашки, достала чайные пакетики, сахар. Такая простая рутина, но моим дрожащим рукам и она оказалась сложна. Себе не крепкий и чуть сладкий, ему наоборот, крепкий и три ложки сахара. Спустя время я до сих пор помнила его предпочтения, эта информация закралась на подкорку мозга, её оттуда уже ничем не вытравить.
Одно движение, дуновение ветра и по бокам от меня крепкие руки легли на столешницу. Он всегда передвигался с какой-то нечеловеческой скоростью и движения его отточены до миллиметра.
- Ты совсем оборзела? - Прорычал над ухом.
Я молчала, потому что тело начало лихорадить. Жар его тела проникал через его и мои слои одежды, заражал и становился неконтролируемым.
Так всегда было: стоит ему подойти и прикоснуться, как я прекращаю здраво мыслить. Даже когда злость бурлила внутри, когда топило болью и обидой. Ненавидела себя за то, что поддавалась ему каждый раз, за то что тело жило своей жизнью, в эти мгновения чувствовала себя похотливой самкой. А он этим умело пользовался, перебирал струны моей души и я пела, только потом выходила из строя и снова себя настраивала. Сама.
Однако, всё время нашего сопротивления (а по другому я это назвать не могла), я прекрасно знала, как на него действую. Как он ловит каждый мой взгляд, следит за малейшим движением. Со временем и я научилась этим пользоваться, знатно его выводила и доводила до черты.
Столкновение рано или поздно происходило и тогда всё вокруг взрывалось и летело. Такие мы были и такими остались.
***
Прошлое.
Я уже успела забыть Тагира Орбелиани. Вычеркнула его из головы. Совру, если не признаюсь, что во снах он вс ё равно нет-нет, да появлялся.
Близилось восмендцатилетие, мы с подружками во всю готовились к этому празднику. Решили, что устроим званный ужин дома, а потом поедем в клуб.
- Ты должна ему сегодня дать! - Воскликнула Юлька, лёжа на кровати.
- Сама та думай! - Наташа закатила глаза. - Они чуть ли не муж и жена, куда он денется. Пусть лучше помучается.
- Согласна с Натой. - Алина примеряла сотое платье.
- Девочки! - Я покраснела и накрыла голову подушкой. Не хотела об этом говорить с посторонними, даже пусть и подруги. Просто так воспитанна. Да и мне казалось это чем-то сокровенным, только моим и Кирилла.
- Делай, как чувствуешь, Ринка! - Только Наташа меня так называла, по-честному говоря, её я любила больше всех. Она прыгнула ко мне на кровать и обняла за плечи.
- Ну, Кирилл твой тот ещё ходок! Недавно видела его с какой-то размалёванной. Поэтому можно сильно не переживать, мальчик явно вниманием не обделён. - Сделала укол Алина, не прекращая смотреться в зеркало. Вообще, вся наша четвёрка так сказать зубастая, но Алина та ещё сука. Почему тогда я с ней дружила? Сложно сказать, дружба пошла из дества, мы все из обеспеченных семей и родители между собой хорошо общаются, поэтому с ранних лет находимся вместе, крутимся в одних кругах, знаем грязные секреты друг друга и не только. Но тёмную мы иногда ей устраиваем. Даже сейчас, переглянулись с девочками и не говоря лишних слов, соскочили с мест, кинулись на неё и с хохотом растрепали её причёску. Потому что волосы для неё является чем-то сокровенным, к ним нельзя было прикасаться. Никому. От слова совсем.