Неожиданно Мор поднялся на ноги и бросил салфетку на стол.
— Думаю, наша почётная гостья слишком много выпила, — сказал он.
Я уставилась на него, моё тело слегка покачивалось. А может быть, я была уже слишком пьяна? Может быть, дело было вовсе не в нём, а вине, которое и заставило меня возбудиться? Это был не первый раз, когда алкоголь действовал на меня таким образом.
Мор подошёл ко мне, и прежде чем я успела запротестовать, схватил меня за руки и с лёгкостью поднял на ноги. Я пошатнулась туда-сюда, и меня накрыло головокружение, но он крепко держал меня, не давая упасть.
Ловия тоже встала, а из темноты выплыла Райла, но Мор поднял свою ладонь.
— Я доведу её до комнаты в целости и сохранности. Все вы оставайтесь здесь, я скоро вернусь.
Он обхватил меня рукой за талию и практически вынес меня из столовой в коридор. Я попыталась высвободиться, но оказалось, что я была пьянее, чем думала.
— Я не настолько пьяна, — запротестовала я.
— Настолько, — мягко сказал он и повёл меня по ступеням. — И хотя я не против того, чтобы ты ненадолго отвлеклась от своих мыслей, здесь может быть опасно в состоянии опьянения. Тебе всё время надо быть начеку.
— Почему? — спросила я. — Кого мне стоит опасаться? Тебя, или кого-то ещё?
Я вспомнила о словах Хармы. "Я твой союзник".
Но было ли это так? Или это была ловушка?
И всё же я решила не рассказывать ему об этом.
— Тебе всегда стоит опасаться меня, — сказал он. — Но я не самая большая угроза для твоей жизни. И хотя я могу тебя защитить, я ещё не решил, должен ли я это делать.
Мы обогнули лестницу и пошли по коридору в сторону моей комнаты. Чем дольше мы шли, тем больше я расслаблялась в его объятиях. Его присутствие настолько ошеломляло, что даже как будто опьяняло меня. Может быть, это и было опьянение, а, может быть, он обладал какой-то властью надо мной, какими-то феромонами, которые пахли, словно костер на пляже.
"Не поддавайся Мору, — сказала я сама себе. — Это несовместимо с жизнью".
Он подвёл меня к двери моей комнаты, отпер её, и я попыталась увидеть, где он хранит ключ.
— А-а, — сказал он. — Если ты планируешь украсть у меня ключ, тебе следует быть более скрытной.
Он толкнул дверь, а затем прижал меня к косяку. Я почувствовала себя такой крошечной, когда его огромное тело нависло надо мной. Пламя свечей отразилось от его блестящей маски волка. И как бы я ни старалась, я так и не смогла разглядеть за ней его глаза.
— Я просто хочу увидеть твои глаза, — сказала я невнятно.
— Разве? — сказал он громыхающим голосом. — Что ещё ты хочешь увидеть?
Возможно, я и была пьяна, но я поняла на что он намекал.
— Всё, что ты сам захочешь, — ответила я.
Слишком смело.
Я почувствовала, каким жарким был его взгляд, когда он скользнул по моему лицу и вниз по моей шее и груди. Мои соски были теперь твёрже, чем корсет. Меня снова пронзило желание, и мой рот слегка приоткрылся, высвободив тихий вздох. Боже праведный, я не понимала, что со мной было не так. Я словно хотела, чтобы между нами что-то произошло.
— И что я смогу увидеть взамен? — он уже практически мурлыкал. Я едва не содрогнулась. — Что я смогу получить, Ханна? — прошептал он и когда он произнёс моё имя, он протянул руку к моей шее и провел пальцем вниз. — Ты ведь играешь со мной в игру. Я только не знаю, готова ли ты к этой игре.
Я сглотнула, когда он надавил на меня большим пальцем. Если бы я была трезвой, я бы не чувствовала себя такой смелой и не шла бы навстречу всему этому с такой охотой. Была вероятность, что меня накачали наркотиками, что в этом вине что-то было, или же он мог заставить меня чувствовать что-то независимо от моего желания.
Чёрт, я ненавидела это, но сейчас я этого жаждала.
Очень сильно.
Я снова поёжилась.
— Ты можешь получить всё, что только пожелаешь, — прошептала я, проглатывая слова.
— Когда?
— Сейчас?
Боже, я хотела этого прямо сейчас.
Он покачал головой, и я услышала, как он усмехнулся.
— А вот это не тебе решать, птичка.
Он опустил руку на мою талию и наклонился ко мне так близко, что я смогла увидеть глаза под его маской. Белки его глаз были яркими, а радужки серыми. Его взгляд пригвоздил меня к месту, словно я застряла в гравитационном поле его глаз.
Его глаза были опасно красивыми.
— Нравится тебе это или нет, но ты моя, — пробормотал он, его голос прозвучал хрипло и был переполнен обещанием. — Но если ты решишь, что тебе это нравится, ты даже можешь это полюбить.