Мы вышли из библиотеки, и дверь за нами закрылась, буквально запечатав помещение. Мы оба были погружены в свои мысли, пока спускались по лестнице.
— Как ты думаешь, почему я смогла победить твою дочь и убить лебедей? Меч показался мне почти невесомым, тогда как Расмус даже не смог его поднять? — сказала я.
— Не знаю, — сказал он, помолчав.
— Может быть, по той же причине мне пела эта книга?
— Возможно, — сказал он как будто через силу.
— Велламо сказала мне, что она никогда ранее не чувствовала такой силы у смертного, — сказала я невинным голосом, приподняв подол своего платья перед тем, как мы направились к очередной лестнице.
Неожиданно он остановился и схватил меня за локоть.
— Велламо так сказала? — сухо проговорил он.
Я кивнула.
— Она сказала, что моя сила неустойчива, словно только просыпается.
Казалось, он начал обдумывать мои слова.
— Что-нибудь ещё?
— Она думает, что моя сила подогревается любовью. Любовью к моему отцу, — быстро добавила я.
Он убрал от меня свою руку и слегка приподнял голову.
— Как ты себя чувствуешь?
— Что ты имеешь в виду?
— Сейчас. Как ты себя чувствуешь?
Я нахмурилась и задумалась. Как я себя чувствую? Как бы мне облечь свои эмоции в слова?
— В чём дело? — продолжил он. — Разве в твоём мире никто никогда не спрашивал у тебя "как ты себя чувствуешь"?
Откровенно говоря, нет. То есть, мои друзья, бармены или люди на работе спрашивали меня, как у меня дела. Но никто никогда не спрашивал меня "как я себя чувствую".
— А тебя кто-то спрашивает "как ты себя чувствуешь"? — парировала я.
— Нет. А зачем? Чтобы узнать об этом, им просто нужно выглянуть в окно.
Он указал на витражное окно в конце коридора.
В этом он был прав.
— Так как ты себя чувствуешь? Сейчас. Будь честна со мной. Я узнаю, если ты солжёшь.
Я громко вздохнула и закрыла глаза.
— Сейчас? Я раздражена тем, что мне приходится отвечать на этот вопрос.
— И?
— И я… в растерянности. Потому что я не знаю, что всё это значит. Мне любопытно, потому что я хочу узнать больше.
— Подумай ещё, — сказал он мне приглушенным голосом. — Ты чувствуешь, что твоё место здесь?
— Нет, — без колебаний ответила я.
— Ты не подумала. Ты не попыталась прочувствовать. Ты только сказала то, что хотела. Ты чувствуешь, что твое место здесь?
— Моё место не здесь, — практически прошептала я.
— Я не это тебя спросил, — он сделал паузу, и его дыхание с запахом мяты сделалось прерывистым. — Ты чувствуешь свою силу?
Я сглотнула и кивнула.
— Ты чувствуешь себя живой?
Я снова кивнула.
Потому что я странным образом чувствовала себя здесь живой. И я увидела это, мельком взглянув на своё отражение в зеркале. Я чувствовала это всеми своими клеточками, которые как будто сияли. И несмотря на чувство безысходности из-за своей ситуации, я действительно чувствовала свою силу. Я, конечно, вряд ли могла победить Мора с её помощью, и всё же.
— А если сравнивать с твоей прежней жизнью? — спросил он. — Как ты чувствовала себя там? Ты чувствовала свою силу? Ты чувствовала себя живой? Ты чувствовала, что ты на своём месте?
Я покачала головой и почувствовала боль в сердце, которая меня крайне удивила. Моя прошлая жизнь проходила словно во сне. Я просто бесцельно ставила галочки напротив тех действий, которые от меня ожидались, но я никогда о них не задумывалась и никогда их на самом деле не желала. Все свои подростковые годы я хотела быть красивой, хотела быть самой лучшей, хотела добиться внимания своей матери, для которой я никогда не была достаточно хорошей. И хотя я оставила всё это в прошлом и начала жить заново в Лос-Анджелесе, и хотя я обрела ту силу, которую искала, в капоэйре, было ли мне этого действительно достаточно?
Мор положил руку мне на спину, и мы начали спускаться по лестнице.
— Я не знаю, что всё это значит, птичка, — сказал он мне. — Но то, что твой отец шаман, и то, что ты здесь — не совпадения. Я знаю это наверняка, и полагаю, ты тоже.
Мы остановились у моей комнаты, и Мор указал на дверь.
— Я оставляю её открытой, — сказал он. — Твоя тюрьма стала больше.
Я приподняла одну бровь.
— Значит, я могу ходить, где угодно?
— Можешь попробовать, — сказал он, а потом добавил: — Но на твоём месте, я бы запер дверь изнутри. Некоторым жителям этого замка не стоит доверять.