Глеб неожиданно рассмеялся в голос – громко и звучно. Его смех заразительный и такой человеческий не оставил нас равнодушными и мы принялись хохотать вместе с ним. И только Устинья насупилась и стала бормотать что-то себе под нос.
-Я приеду за тобой, сразу после битвы, – пообещал Влад. Настроение у него хорошее, можно сказать, боевое. Он уверен, что всё закончится удачно.
-Я люблю тебя, – сказала я, вложив в слова обещание – если с ним что-то случится, то я не стану жить без него. Мы стоим, обнявшись и мне плевать, что на нас все смотрят. Я целую Влада, не обращая внимания даже на маму, которая переминается с ноги на ногу ошарашенная сообщением, что её дочь привезла с собой тётку Устинью, которая будет гостить в её доме все выходные. Конечно, она не смогла отказать Владу – он попросил обследовать его столетнюю родственницу.
Да уж, ситуация. Влад теперь уедет, а мне придётся возиться с ведьмой все выходные.
-Я уже скучаю, – сказала я Владу на прощание.
-Потерпи, детка, скоро всё закончится.
Не хочу отпускать его, но не мне решать.
Автомобиль отъехал от дома, а я стою и смотрю им вслед. Машина уже скрылась за поворотом, а я не шелохнулась. Нет, я сбегу в Борки, чего бы мне это не стоило. В воскресенье и сбегу.
Весь день мама ходила за мной с расспросами – что, да как. Почему я приехала? Зачем привезла ведьму? Я отмахивалась от неё и старалась, как можно реже выходить из своей комнаты.
Устинью поселили со мной в моей комнате. Бабка до обеда просидела у окошка и что-то шептала. С самого приезда, как села, так и не сошла с места. Я не лезла к ней с разговорами, знаю, что ведьме теперь нельзя мешать. Она устанавливает оберег и усиливает энергетическое поле дома. Устинья сказала, что после того, как она «поработает», квартиру эту беды долгие годы будут обходить стороной. Мне понравилась эта информация: значит, мама будет жить спокойно, без проблем многие годы.
-Обедать пора, – заглянув в комнату, позвала нас мама.
Устинья умолкла. Она слезла со стула и побрела в гостиную: как зомби, честное слово. Маленькая, сутуленькая, сморщенная вся, но на ногах ещё твёрдо стоит. Она сегодня заговорит с кем-нибудь? Вообще-то у меня к ней есть несколько вопросов, на которые я хотела бы получить ответы.
-Тётка Устинья, что у вас болит? – поинтересовалась за обедом мама.
Ничего у неё не болит. Её здоровью любой позавидует. Живёт на вольном воздухе, ест чистые продукты, да ещё и энергией людской подпитывается. Говорят, что за свою работу, ведьма не берёт платы, а я думаю, что энергия и есть ведьмин гонорар. Устинья многие болезни лечит и порчу снимает, и наговоры. А ещё к ней детей приводят, и она испуг лечит. Но у меня к Устинье самое доброе отношение, она мне помогает и это так трогательно. Сколько мы с ней уже бед пережили и вот она опять со мной.
-Всё болит, – притворно поморщившись, ответила старуха.
-А лет вам сколько? – спрашивает мама.
-Сотую зиму пережила, теперь новый отсчёт бог послал мне, – улыбнувшись, сказала ведьма.
-Да, мне бы ваше здоровье, – покачав головой, в изумлении отозвалась мама.
-Тебе твоего здоровья хватит на долгие годы, – заметила Устинья. – У тебя крепкое тело, а уж аура всеми цветами переливается. Видать не зря ты из Борок уехала. Только вот дочку зря отпустила от себя, – глухо добавила старуха.
-Ну, это как сказать, – вздохнув, сказала мама. Она считает, что не зря отпустила меня, вон, какого мужчину дочка отхватила. Маме неведомо, сколько пережито нами, вот она и гнёт свою линию.
-А где благоверный твой? – поинтересовалась Устинья.
-Он в клинике, – объяснила мама. – Владимир Иванович на дежурстве и обедает в больничной столовой.
-О, как, по имени отчеству к мужу обращается. Как не родные, – ковыряясь ложкой в тарелке, заметила ведьма. Устинья насупилась и строго взглянула на мою маму.
-Ну, он старше меня и потом, он доктор, мне приходится обращаться к нему по имени отчеству в клинике, – стала оправдываться мама.
Устинья положила ложку, не доев предложенный обед.
-Не нравиться моя стряпня? – поинтересовалась мама. – Что-то вы плохо едите.
-Готовить ты так и не научилась, – заметила ведьма. – Пашка всё жаловался, да к матери обедать тайком бегал. – Старуха осудительно покачала головой.
-Мам, не обращай на неё внимания, – вмешалась я. – Она старенькая уже, может, путает тебя с кем-то.
А Устинья не успокаивается, так и лезет на рожон.
-Оставила такого мужика. Я же тебе велела с ним уехать, а ты бежала от мужа, как чёрт от ладана.
-Так ведь это ты, тётка Устинья, спровадила меня из Борок, а теперь сама же и осуждаешь, – не выдержала мама.