Юный барон подумал об отце и о его голове, красующейся на острие пики.
А вот на лице Амрода появилась улыбка человека, наконец-то обретшего свободу.
Я встретил Амертину прямо под трепещущими ветвями Черного Дерева. Отныне его ствол проходил через всю башню, заканчиваясь на высоте нефритовой сферы. Мы были одни, черная фея, Тень и я.
Рапира выжила. Ловец света спас мое оружие, как некогда спасал смертельно больных преподавателей школы, вырвал его душу из цепких лап чумы. Однако Тень стала много скромнее и молчаливей. Последствия недуга вынуждали рапиру проводить целые дни в тишине.
И она, и я, мы были приговорены провести остаток жизни здесь, в башне, под защитой Дерева. Мы заживем вместе с рапирой в тени его листвы, вдали от суеты мира, возрождая мечты и надежды Дьюрна. Я часто думал о ребенке-мужчине, о его взглядах на Школу Ловцов Света. У меня появилась твердая убежденность, что я являюсь всего лишь первым звеном в цепи наследников сумрака, и что однажды мне тоже придется подбирать кандидатуру моего будущего преемника. Устроившись в выемке особо толстой ветви, Амертина обратила ко мне пергаментное, морщинистое личико.
— До меня дошли новости об Эвельф. Верховный барон все-таки послушал тебя…
— Он не слушает, он повинуется сумраку.
— Как ты думаешь, она навестит нас?
— Позже, конечно, навестит. Сейчас она восстанавливает силы… Они ей понадобятся, и ты это знаешь. Впервые это королевство согласилось признать не барона, а баронессу. Потребуется немало времени, прежде чем остальные правители признают ее равной им. Но я в них верю.
— В любом случае, они никогда не причинят вреда сестре Агона.
— Полагаешь, они так меня боятся?
— Как будто бы сам не знаешь…
— Они больше не увидят меня.
— Разумеется. Они будут смотреть на твою маску, на Верховного барона.
В знак согласия я промолчал. Фея расправила складки платья и добавила:
— Сегодня ты должен принять первых учеников.
— Помню. Я говорил об этом с Арбассеном.
— Он по-прежнему намерен остаться рядом с тобой?
— Да. Как и Оршаль. Из них получатся превосходные преподаватели, поверь мне.
— А Аракнир?
— Присоединился к брату. Я не знаю, что намерен делать дальше этот гном. Но надеюсь, что он будет следовать по пути «Угольника».
— Ты поможешь ему?
— Я не знаю. Возможно. Последний раз, когда мы виделись, мы говорили об Эхидиазе. Об «Искре». Мне кажется, что он хочет восстановить таверну и таким образом почтить ее память.
— А ты?
— Я? Я… хотел бы забыть. Я больше не желаю жить воспоминаниями.
— Однако ты намерен жить с той, что убила Эхидиазу.
— Прекрати. Она ее не убивала. — В моем голосе прорезалось раздражение. — Она просто решила спасти Эвельф. Вот и все.
— Как скажешь.
Амертина взяла паузу, чтобы заправить за ухо седой локон.
— Давай поговорим о чем-нибудь ином. Я принесла тебе новости от Малисена. Он решил остаться в Квартале Тысячи Башен. И основать новое Братство.
— Не сомневаюсь, что он преуспеет.
— Я тоже в этом уверена.
— Послушай, я хочу, чтобы ты в последний раз оказала мне помощь. Я могу поручить это только тебе.
— Говори, что от меня требуется.
— Я хочу, чтобы прах моего отца похоронили здесь, под ветвями Ловца Света.
— Хорошо.
— Я все задаюсь вопросом, стал бы он сегодня гордиться мной? Счел бы, что я достоин носить его имя.
— На этот вопрос можешь ответить лишь ты один.
— Наследство Дьюрна некоторым образом является и наследством отца. Как бы я хотел, чтобы он был тут, рядом с нами. У меня появилось ощущение, что он никогда не оставлял своего неразумного сына, всегда заботился обо мне. Как бы я хотел, чтобы он оценил мужество своей дочери, чтобы встретился с тобой, с тобой и всеми остальными.
— Я отправлюсь за его прахом, Агон. Но почему бы тебе не оставить бренные останки отца в баронстве, в его владениях?
— Я хочу, чтобы он знал одну вещь.
— Какую?
— Когда он будет здесь, рядом со мной, он поймет, что я простил его.
Абим
Часть первая
Тени Абима
I
Легкое касание, и я проснулся. Где-то там, в конце кровати, крошечное существо оседлало мою лодыжку. Я приподнялся на локтях и, улыбаясь лишь краешком губ, посмотрел на малыша. Тот обвил ручонками большой палец моей ноги и сейчас тряс его, выражая бесконечную преданность. Я сел и прогнал кроху мановением руки. Этот низший демон уже выполнил свою работу. Существо пискнуло, скользнуло по шелку одеяла, ускакало в сторону окна и растворилось во мраке.