Удивление сменилось злостью.
— Какую игру ты затеял? Эти сговоры тебе не принадлежат!
— Ну почему же? Я их выкупил у своих коллег, и теперь они принадлежат только мне.
— Ты не имеешь права!
— Конечно, имею. И это право самым недвусмысленным образом прописано на странице твоего первого сговора. Не припоминаешь?
Свой первый сговор я подписал двенадцать долгих лет назад. Каким чудом я мог припомнить столь несущественную на первый взгляд деталь? Насколько мне известно, ранее подобных прецедентов не случалось.
— Действительно не помнишь? — настаивал Владич. — Досадно… чрезвычайно досадно.
На самом деле, все вызывающие стараются «распылять» свои подписи. Обычная история, простая предусмотрительность. Это позволяет нам выплачивать долги по частям, и один-единственный адвокат не может взять нас за горло. Однако, как оказалось, все эти уловки ни к чему, все долговые расписки все же могут очутиться в руках у одного человека. И если он потребует расплатиться по всем сразу — что он имеет законное право сделать, — вы пропали. Я пропал.
Но зачем? Я задал Владичу именно этот вопрос. Видимо, задал чересчур агрессивным тоном. Огр, по-прежнему стоящий к нам спиной, заворчал и сжал кулаки.
— Спокойно, — прошептал хозяин слуге.
Он смахнул несуществующую пылинку с полы балахона и внезапно как-то странно посмотрел на меня. Посмотрел почти доброжелательно.
— Я нуждаюсь в тебе, Маспалио.
Вот так неожиданность. Адвокаты никогда не нуждаются в заклинателях. Ни чтобы попросить у них помощи, ни для чего-то иного.
— И поэтому ты решил загнать меня в угол, приставить кинжал к горлу? Ты ведь хорошо меня знаешь. Мне случалось оказывать услуги и без всякого принуждения.
— Знаю. Обычная предосторожность. Я хочу быть уверенным, что ты станешь работать с… с энтузиазмом. Без отдыха.
— Еще скажи, что буду предан тебе душой и телом.
— Да, что-то в этом роде. Не желаешь ли присесть?
Мой собеседник указал на каменную скамью. Мы сели. Владич колебался, кажется, подыскивал нужные слова. Никогда раньше я не видел адвоката таким… Таким нерешительным.
— Так в чем проблема? — спросил я. — Переходи сразу к сути.
— Демон.
— И что?
— Я хотел, чтобы ты разыскал одного демона.
— Несколько туманно…
— Дело весьма деликатно. Но ты прав, я тебя хорошо знаю. Знаю, что ты можешь быть скромным, сдержанным, что твои светские замашки — всего лишь маска. Я также в курсе, что ты обучаешь молодежь воровскому искусству.
— Лишь для того, чтобы не терять формы. Атмосфера, царящая в моем пансионе, несколько удручает меня.
— Но все же ты не расстался со своей профессией, не так ли? Ты отказался от титула, но остался вором. Душой и телом, как ты только что изволил выразиться.
— Возможно, ты прав. Если я захочу поговорить об этом, то тут же тебе сообщу.
— Не хами.
— Тогда перестань задавать дурацкие вопросы о том, кем я стал, и расскажи мне, чего ты от меня ждешь.
— Этот демон исчез. По причинам, тебя не касающимся, я не желаю обращаться к городской милиции, просить ее разыскать беглеца.
— Понимаю. Но существует Республика наемников. И в Абиме проживает не один из ее подданных.
— Ты уникальный заклинатель, тебе нет равных.
— Спасибо.
— А мне нужен заклинатель и вор. Человека, который знает Абим как свои пять пальцев, у которого есть связи во всех социальных слоях города. И который не отличается излишней болтливостью.
— Не так быстро. Когда исчез демон?
— Четыре дня назад.
— Шутишь?
— Нет.
— Огромный срок. Он убил заклинателя?
— Нет. В таком случае сговор был бы незамедлительно аннулирован. Нет, Маспалио, демон просто взял и исчез.
— Хорошо, понял. К какому демоническому семейству он принадлежит?
— К Опаловому, он — Опаловый. Элегантный, воспитанный и надежный.
— Заклинатель?
— Перевозчик.
— Что со сговором?
— Сговор был заключен на крайне короткий срок, демон должен был выполнить конкретную работу. Опаловую бестию пригласили всего на вечер. Эскорт для дамы, аристократки. Демон сопровождал ее. Перевозчик должен был явиться на рассвете и забрать подопечного. Но дама пребывала в полном одиночестве.