— Где мы? — спросил он, переходя на шепот. К слову, на этот раз речь далась ему гораздо легче, чем пару секунд назад, и вообще…
— Спасибо, Ремт, — добавил он еще через мгновение, оценив изменения, происходящие с его организмом. — Вы можете меня отпустить, я чувствую себя вполне прилично.
— С удовольствием! — И мастер Ремт без церемоний свалил Сандера с плеча на землю, на корни дерева, больно ударившие в ребра, на колкую каменную мелочь, заставившую «взвыть» от боли плечо, грудь и бедро.
— Ох! — вскрикнул Сандер, едва не лишившийся от удара дыхания.
И в этот момент где-то слева — метрах, надо полагать, в трехстах на восток, если верить обманщице луне, — прокричала другая неясыть.
«Тина?» — удивился Сандер.
— Идемте! — скомандовал Ремт. — Нас ждут. Быстрее.
«Ну, быстрее так быстрее». Подавив стон и желание помянуть в полный голос всех святых и их треклятые добродетели и пороки, Сандер поднялся на ноги и, не мешкая, поспешил за Ремтом и Адой.
Пройдя с десяток шагов сквозь редколесье подошвы холма, Сандер оглянулся и понял наконец, что провал в памяти распространяется на изрядный, по-видимому, период времени и на многие события, имевшие место быть в это время. Дело в том, что он совершенно не помнил, как попал в это место, как не помнил и того, что это за грозный замок возвышается на вершине скалы. Последнее, что он помнил, это тракт, по которому лорд де Койнер конвоировал арестованную по обвинению Ольги фон Цеас Адель аллер’Рипп в стольный город Квеб, в прежние времена отчего-то именовавшийся Старгородом. Вот это Сандер помнил наверняка, но все остальное…
«Гед Йерман… Ули Фейдинх… Поединок?» Что-то смутное ворочалось в памяти: оскорбление, взгляд Ады, разговор с Каспаром де Койнером, кровавые отсветы огня на обнаженной стали клинков…
Все это выглядело более чем странно, как и то, что теперь Ада очевидным образом оказалась свободна, но как это случилось, что этому событию предшествовало и куда подевался лорд де Койнер со своей чертовкой женой и немалым отрядом рыцарей, слуг и домочадцев, по-прежнему было покрыто мраком забвения. А Ремт между тем уводил их маленький отряд через все более густеющий лес на восток, туда, где пряталась неясыть по имени Тина.
«Чудны дела твои, господи!»
Но не расспрашивать же спутников теперь, когда они — втроем — уходят крадучись от замка в дикие леса! Для того чтобы понять, что они беглецы и им следует сохранять максимальную скрытность передвижения, не надо было знать предысторию. Все и так было ясно. Почти.
«Почти», — согласился мысленно Сандер с очевидным, когда навстречу им из-под деревьев вышли Тина и де Крей. Кажется, за эти дни — «Дни? И сколько же дней я отсутствовал?» — девушка успела подрасти еще как минимум на пару дюймов. Во всяком случае, сейчас она доставала уже макушкой ди Крею до уха, а ведь Виктор, как ни крути, считался — и по праву — мужчиной высоким. Да и вообще выглядела она в лунном свете…
«Нет, — покачал он мысленно головой. — Ее не назовешь хорошенькой, и уж тем более не красавица! Но она, черт побери, превращается в интересную и привлекательную женщину. Или это я просто привык?»
— Все?! — спросила Тина. — Ну и слава богу! Давайте скорее! Приближается рассвет, а нам еще идти и идти!
— Девушка дело говорит! — поддержал Тину Ремт. — Побежимте скорее, а то неровен час… — сделал он «страшное» лицо. — В общем, вы уж меня извините, дамы и господа, но очко играет!
Далее вопрос не обсуждался, и все тут же устремились в глубь леса за взявшим на себя роль проводника ди Креем. А там, метрах в пятидесяти от места встречи — на маленькой лесной полянке или, скорее, прогалине, — обнаружились стреноженные, но не расседланные лошади.
«Целый караван! — удивился Сандер. — Да еще и с поклажей, седлами, сбруей… И откуда все это взялось, если раньше ничего этого не было?»
В полдень сделали привал. Как ни спешили они поскорее покинуть негостеприимные пределы графства Квеб и в особенности окрестности замка Линс, человеческая природа — во всяком случае, некоторых из компаньонов — брала свое, да и лошади утомились. Так что, едва перевалив через поросшую редким кедровником вершину очередного вытянутого с востока на запад холма, они разбили бивак. Отсюда уже хорошо было видно устье ущелья Сгоревшей сосны, куда они сейчас и держали путь, но расстояния в горах обманчивы: кажется, вот только спустись с холма по южному склону, да пройди чуток на восток, и вот оно — ущелье. Но нет, идти туда и идти, всю оставшуюся часть дня тащиться, да, пожалуй, и завтра с утра — если, конечно, вставать на ночевку — часа четыре уверенного хода будет. И это при условии, что не встанет на пути бурелом, речка, переполненная дождевой водой, или, не дай бог, провал. Тогда на обходы да переходы и весь день уйдет. Но все это впереди, а пока решили сделать короткий — на час, не более — привал, чтобы дать отдых лошадям, да и самим посидеть чуток, подкрепиться чем бог послал — то есть конской колбасой, овечьим сыром и гречишными лепешками, — попить, поговорить.