– Но Мельхиор не может создавать иллюзии, насколько я знаю, – Елеаз повернул голову, чтобы посмотреть на старшего брата.
– Значит это либо не Мельхиор, либо ему помогает другой демон, – отрезал Макото. – Нет времени. Рен и Ричард взрослые мальчики, разберутся. А вот человечка нуждается в помощи. Нам надо двигаться дальше.
Несмотря на возраст и опыт, каждому из вампиров было страшно поворачиваться спиной к тьме, которая расправилась с двумя из них. Эта тьма притупляла зрение и слух, зато многократно обостряла все страхи и тревоги, сомнения и метания, которые были в душах присутствующих.
– Подождите, – вдруг хрипло заговорил Григорий. Ему в голову пришла пугающая, дикая мысль. И чем дольше она была в его сознании, чем больше подпитывалась окружающей тьмой, тем правильнее она казалась княжичу. – А что, если всё происходящие сейчас – тоже иллюзия? Что, если один из нас на самом деле демон, а?
Холодная кровь быстрее побежала по венам вампира, пульсируя в голове. Григорий уже очень давно не испытывал это чувство – чувство страха.
– Нет, это невозможно, – Макото покачал головой. – Мы не расходились, всё время были в поле зрения друг друга, подмены не могло произойти.
– Ты лжёшь! – Григорий вскрикнул на высокой ноте и резко отшатнулся от друзей. В этой полутьме их лица уже не казались ему такими знакомыми, как раньше. Он мог поклясться, что видел зловещие улыбки на губах каждого из них. Паника, которую он ещё никогда не испытывал, накрыла вампира с головой. – Вы все тут – демоны! Пытаетесь не дать мне спасти сестру, я знаю!
– Что за чушь ты несёшь? – произнёс Исао, делая шаг к Орлову.
В немом ужасе Григорий видел, как то, что было похоже на старшего принца, приближается к нему, разевая рот до неестественных масштабов и зияя чёрными провалами на месте глаз. Кожа приближающегося существа потрескалась и начала опадать на пол сухими кусками, обнажая красное мясо и мышцы. На дёснах в несколько рядов умостились острые акульи зубы. Княжич перевёл взгляд на остальных де Клеров. Все они выглядели точно также.
– Нет! – с отчаянным воплем Григорий метнулся в сторону, уворачиваясь от протянутой полусгнившей руки, которая почти легла ему на плечо. Немедля больше ни секунды, Орлов бросился бежать обратно к комнате, где был разорван полог тьмы. Неуправляемый страх наполнял всё его существо, заставляя сердце биться в сто крат быстрее. Он не мог думать ни о чём, кроме света, к которому так сильно хотелось вернуться. Страх и животное желание выбраться из тьмы вытеснили все переживания о сестре, вытеснили любые здравые мысли, застила разум, как туман. Ядовитый, зловонный туман, разрушающий любую мозговую активность, заставляющий делать всё на инстинктах. Григорий слышал, как ему в след раздавался рык демонов, поэтому не останавливался, пока не оказался в фае со светом. Здесь княжич остановился, пытаясь успокоиться. Он не понимал, зачем прибежал сюда, но чувствовал, что так надо.
Вдруг до его слуха донеслись всхлипы. Подняв голову, Григорий оглядел комнату и издал облегчённо -радостный возглас. Посреди комнаты его сестра сидела прямо на полу, спиной к нему, поджав ноги к груди и всхлипывала. Она была жива, она была здесь. Это всё, о чём мог думать Григорий в тот момент.
– Катерина! Что с тобой? – княжич двинулся в сторону сестры. Из разбитого окна дул ветер, трепля светлые волосы, спускавшиеся водопадом по спине девушки.
– Бра -а -ат..., – протянула вампирша. Это точно была она, Орлов узнал её голос. – Бра -а -ат.
– Что такое? – он направился прямиком к девушке.
– Как тебе не стыдно, бра -а -ат, – протянула княжна, всё ещё не поворачиваясь лицом к брату.
Григорий нахмурился.
– О чём ты? Катерина, что случилось? – он положил руку на плечо сестры.
– Струсил, брат, – она больше не плакала. – Испугался и побежал, не желая меня спасать!
Голос Катерины делался всё выше, пока не совался на неестественный визг. Григорий отпрянул от неё, но она сама уже повернулась к нему. Черные провалы в глазах и гниющие лицо, с которого капает кровь. Её светлые волосы у лба тоже залиты кровью. Рот полон акульих зубов. Она выглядела ещё страшнее, чем де Клеры. Григорий закричал, выхватывая пистолет и наставляя его на это существо.
– Ты обидишь меня, братик? – голос Катерины был скопирован один в один. У Григория побежали по спине мурашки от того, насколько отвратительно выглядело существо, говорящее голосом его сестры. Он быстро оглянулся. Волосы у него на затылке зашевелись, потому что из темноты коридора начали выходить точно такие же обезображенные копии его сестры. Шатаясь, они медленно двигались, словно зомби, щёлкая своими акульими пастями и по -змеиному шипя.